В выдохах горя и счастья дожидается читателя роман "Выдыхая боль", где развеселая вдовушка раскрывает свою сложную историю через серые коридоры старой квартиры. Прогулки по первому этажу не приводят к цели, но приковывают к захватывающей атмосфере прошлого и настоящего....
Ой-ё…
Стас явно попытался применить какой-то приём, чтобы дать Олегу отпор, но в том-то и дело, что только лишь попытался, а через пару секунд уже стоял, низко согнувшись с заломленными за спиной руками.
— Всё, якобы массажист, на выход, — рявкнул Олег и в принудительном порядке повёл парня к двери.
Воспользовалась моментом, что Горскому пока не до меня, быстро соскочила с кушетки, подняла покрывало с пола и обернулась им, как полотенцем после душа, закрепив на груди. Конечно, в халате почувствовала бы себя более комфортно, но могла не успеть до него добежать и рисковать не стала.
Много лет я скиталась от одного массажиста к другому, в поисках того чьи руки действительно облегчают боль, и вот когда нашла, Горский за одну минуту раз и навсегда вычеркнул меня из его списка клиентов. И из-за чего? Из-за того, что Стас не так выглядит и потому что у Горского болезненно воспалённое воображение.
Нет, точно убью гада.
Услышав за спиной приближающиеся шаги родственника, в порыве злости одной рукой схватила небольшую прикроватную лампу, другой выдернула потянувшийся за ней шнур из розетки, обернулась и запустила.
В отличие от других раз в этот я хорошенько прицелилась, и снаряд прямиком летел Горскому в голову. В мыслях уже видела, как керамическое основание в виде шара врезается в череп родственника, но мечты не сбылись, Олег резко, отскочив в сторону, избежал столкновения, лампа, конечно, разбилась, но уже об стену.
— Массаж спины, значит?! — Олег просто проигнорировал инцидент с лампой и вернулся к тому вопросу, который его больше всего интересовал.
— Да пошёл ты в пень. Оправдываться и ничего объяснять не собираюсь. Потому что не должна. Понятно тебе. Ты мне кто? Никто. А ведёшь себя как ревнивый муж, — от негодования я не только надрывала горло, но и пяткой стучала по полу.
— Осторожнее, Кира, — процедил сквозь зубы мужчина. — Пока я ещё держу себя в руках, но ты договоришься.
— А вот я себя в руках не держу, вообще. Плевала на тебя и твои угрозы. Мне так стыдно, как сегодня, никогда не было.
Я так самозабвенно вопила и упустила тот факт, что Горский всё это время между нами сокращал расстояние, а опомнилась лишь тогда, когда он взял меня за плечи и тряханул.
— Сама успокоишься или тебя успокоить? — смотрю мужчине в глаза и по взгляду понимаю, для него, как это не странно предпочтителен второй вариант.
