В непонятной Варшаве 1893 года начинается сюжет о ловких финансовых махинациях и жестоких уловках в мире страхования жизни. Книга раскрывает дьявольскую истину французского поднадежного журнала, способную навредить не только доверчивым клиентам, но и целым медицинским сообществом....
Но в следующий миг Агата уже знала, что именно в этом месте и в это время за ее спиной находится тот, кого она меньше всего ждала. Нарочито медленно она поставила сковороду на прилавок, не чувствуя рук, и с достоинством повернулась.
– Для блинов выбираете?
Она так долго и так мучительно выдумывала, что будет, когда они снова встретятся. Какой сюрприз ему приготовит. Как это будет славно и неожиданно. Из всего задуманного осталась неожиданность. Остальное вышло хуже некуда. От одного вида маски равнодушия на его лице Агата ощутила подзабытую злость.
– Сковороды вы тоже лучше всех выбираете? – с вызовом ответила она. – Наверное, формула сыска помогает.
– Эта для блинов не подходит, – ответил Пушкин.
– Каких блинов?
– Тех, которые вы успешно сожгли с моей тетушкой.
Обиднее всего, что Пушкин уже знал главную тайну. Агата хотела яростно возразить, забыв, что находится в посудной лавке. Вместо атаки вышло нечто жалкое.
– Ничего мы не жгли… И вообще не знаю… С чего вы взяли?
– От вас пахнет гарью, как от тетушки.
Агата не слышала запах. Но иначе Пушкин не смог бы догадаться, что она была у Агаты Кристафоровны. Это означает, что в страховом обществе она благоухала гарью… Какой стыд.
– И что такого? Разве это преступление? – сказала она, заглушая обиду.
– Насколько я помню, вы обещали не возвращаться. Почему изменили своему слову?
Сказано это было настолько мерзким тоном, что Агате захотелось хорошенько заехать по наглому лицу.
– Я ничего не обещала. А вернулась потому, что пора подумать о семье… В мои годы найти партию непросто… Нет достойных кандидатов… Одни жулики и бесчувственные личности… Вот решила пойти на курсы «Искусство кулинарии» при Обществе распространения домашних знаний между женщин…
– Прекрасно, что между женщин распространяют полезные знания, – сказал Пушкин, давая знак приказчику, что его услуги не требуются. – Значит, тетушка дала и стол, и дом. Уже четыре дня, как приехали.
– Оставьте в покое милейшую Агату Кристафоровну… Как вы узнали?
– Был у нее с визитом пять дней назад… Как раз когда тетушка уже готовилась вас встречать. Иначе зачем бы она пригласила меня заглянуть не раньше масленичного четверга?
Агате оставалось только высокомерно улыбнуться: дескать, пустые подозрения. Но сказать-то было нечего.
– Повторяю вопрос: почему вы вернулись?
– Я уже ответила, – с упорством заявила она.
– Это не причина, а отговорка.
