Автор
В зале пахнет нечистотами и потускнелыми люстрами. Здесь царит атмосфера постоянного напряжения: спасатели угрюмо готовятся к новой авантюре, а я выгляжу как заправская буханка, с гулькой на голове и грязным спортивным костюмом. Кровавый дождь изнутри подчеркивает мой усталый вид — готовясь к очередному свадебному инциденту....
Мы вас заберём! — хочется крикнуть мне вслед им.
— Мы заберём вас! — кричит Ярик.
Красавчик...
Нам оформляют штрафы. Я держу в руках рыдающую Веру.
— МамВер, как так?! — быкует Ярый
— Вот так.... - протягивает ему несколько фото, где они с Алинкой целуются на улице. — ""Поощряем сожительство несовершеннолетних""...
— Ой... - сглатывает он.
— Баран... - отвешиваю ему лёгкого леща.
— Какое сожительство?? — смотрит на меня в шоке. — Ничо не было... Только вот... Поцелуй.
— Это будет кпдн выяснять.
— Мы их заберём, слышишь?.
Глава 45 — Быть мамой
На стоянке уже нет машины Анатолия.
У меня ощущение, что я осиротела.... А ещё паника бьётся в груди от полной беспомощности. На нервах все внезапно вспыхивают, выговаривая друг другу за всё сразу.
Достается и Ярику от Добрыни, чуть в стороне от меня, но я слышу.
Пытаюсь дозвониться до Алины или Иринки. Не отвечают. Толик, наверняка, отобрал телефоны.
— Я просил тебя держать дистанцию?! — хрипло ругает Добрыня Ярика."
"— Я Алину люблю, ясно? — защищается он.
— Любит он. Любить можно, трогать нельзя. Сейчас Алинку отец затаскает по психологам-гинекологам! Подумал ты об этом?
— А ты подумал когда Аделину свою катал? А теперь Вера уйдет от нас! Подумал ты?!
Добрыня сжимает челюсти, бросая на меня рассерженный-обиженный взгляд.
— Кто тебе такое сказал?
— А я не тупой!
— Хватит... - встаю между ними.
Я не могу на этого мальчика злиться. Это наши взрослые косяки, не их. Они имеют право влюбиться.
— МамВер.
Киваю, поглаживая его по плечу.
— Если вы считаете, что я виноват, значит, я буду сам разбираться с проблемой, ясно?! — психует Ярик.
— Угомонись! — шепчет строго Добрыня.
— МамВер!... - сводит жалобно брови. — Скажи ему! Пусть в больницу едет!
— Я уже скорую вызвала.
Добрыня пытается что-то гневно сказать, но хватается за кислородный ингалятор и делает вдох.
Скорая останавливается рядом с нами.
— Саянов! — выходит врач оттуда.
Жмут руки.
— Ты осложнений захотел?
— Заберите его, пожалуйста! Или я психиатрическую вызову, честное слово, — прошу я, оседая обессиленно на лавочку. — У него жар.
У него лицо полыхает и руки очень горячие. Меня обожгло об него, когда он держал меня.
— Нет у меня жара! — хрипло.
— Давай-давай.... - тянут его в скорую. — Не геройствуй.
— Вер! — оборачивается он потерянно. — В смысле ты....
