Автор
В зале пахнет нечистотами и потускнелыми люстрами. Здесь царит атмосфера постоянного напряжения: спасатели угрюмо готовятся к новой авантюре, а я выгляжу как заправская буханка, с гулькой на голове и грязным спортивным костюмом. Кровавый дождь изнутри подчеркивает мой усталый вид — готовясь к очередному свадебному инциденту....
Тарханов ""возбудил"" приставов, и они мгновенно выселили Толика с семьёй из квартиры девочек.
А я позвонила Нине. И предложила ей там остаться и жить пока. Но, без Толика. И Нина предложение приняла...
— Каждую твою новую жену я буду спасать, понял? Попробуй жениться ещё раз....
— Ты!.. — оскаливается он с пеной у рта.
Больше не боюсь.
— Богомолова! — приглашают меня.
Внутренне перекрестившись, захожу в кабинет. Здороваюсь. Председатель зачитывает судебный протокол."
"Спрашивает, не нашлась ли Алина.
— Алина не вернётся к отцу. Она мне писала, я могу включить запись?
— Конечно.
Я включаю аудио сообщение, где Алинка, горько рыдая рассказывает всю ситуацию с тем самым гинекологом. Пересказывает оскорбительные слова отца, унизительное понукание врача. То, как она была испугана и унижена.... И как бежала оттуда без куртки.
Женщины в комиссии в шоке переглядываются.
Называет фамилию и клинику, в которой это происходило.
— Алина напугана, и у нее сильная психологическая травма. Где она мы не знаем, она боится сказать. Говорит, у какой-то подруги. Мы объехали всех, но не нашли. Боится, что отец вернёт её силой.
— Какой ужас, — шепчутся женщины. — Неужели это правда? Зачем он девочку самовольно повел? Есть же специальная экспертиза для несовершеннолетних...
— Алина говорит, он хотел ее так наказать за непослушание, — поджимаю я губы.
Включаю нужное аудио.
Алинка восприняла задачку с аудио исповедью как экзамен на поступление во МХАТ, не меньше. И.... моя дочь поступила! Потому что, слушая ее аудио, я опять вытираю слезы, шмыгая носом.
Изначально эта версия событий была рассказана мне не так душещипательно. И скорее из позиции здорового протеста. Но сейчас на аудио глубоко раненая вероломством своего отца девочка.
Ужас, на что способна моя маленькая женщина!
— А его обвинения в сожительстве детей — ложь.
Кладу бумаги на стол.
— Ярослав в этот период уже проживал в элитном спортивном интернате, — добавляю я.
Тренер оформил его задним числом.
— Мы очень переживаем за её психическое здоровье и благополучие. Ей нужна помощь психолога. Так как суд оставил этот момент на усмотрение Комиссии — было или нет сожительство, то прошу вас пересмотреть до слушания суда место проживания детей.
