Автор
В зале пахнет нечистотами и потускнелыми люстрами. Здесь царит атмосфера постоянного напряжения: спасатели угрюмо готовятся к новой авантюре, а я выгляжу как заправская буханка, с гулькой на голове и грязным спортивным костюмом. Кровавый дождь изнутри подчеркивает мой усталый вид — готовясь к очередному свадебному инциденту.
Жаль что суперсилы — мимикрировать под мебель у меня тоже нет.
Пожалуйста, проявите немного такта, Добрыня Никитич! — умоляю его про себя.
Слышу, как он включает за спиной чайник.
— Чай будешь? — как ни в чем не бывало.
Положительно мычу, снова потеряв дар речи.
Как легко и естественно все это происходит в молодости! И какой звездец это сейчас....
Для меня.
Но точно не для него, да?
По-братски.... да?
Чёрт!
Ставит одну кружку с чаем с моей стороны на подлокотник. Вторую со своей.
Садится рядом.
— Вер....
— М? Да.... Что? — пытаюсь прийти в адекват.
Ну или хотя бы сделать вид.
— Ве-ра.... - с лёгким давлением в тоне.
С большим трудом перевожу взгляд ему в глаза. Слепну тут же.
— Мы хотим обсудить наш поцелуй?
— Ам.... - развожу руками. — А можно.... завтра?
Богомолова, ты как идиотка!
Да.
— М-м-м.... можно.
— Спасибо! Ну, в смысле... - растерянно взмахиваю руками.
— Можно, я м-м-м-м.... пойду? — мямлю я, продолжая смотреть слепо ему в глаза.
Точно — идиотка.
А как-то более изящно можно было?
Наверное.
Но я не владею этими женскими искусствами. Во мне их на старте выжег Толик. Осталась одна нелепость.
— Куда? — прищуриваться пытливо Добрыня.
— Мне надо....
Ловит мою руку. Рисует пальцем по ладони.
Спасите-помогите....
— Если ты скажешь — отмотать все обратно до момента поцелуя, и вернуть всё в ""братский"" режим, обещаю, так и сделаем.
— Я.... - задохнувшись, растираю горло, пытаясь запустить речь.
Начнёшь ты работать?!
— Я.... не знаю, что сказать, — выдавливаю из себя.
В груди возникает вакуум от опустошения.
Потому что, я не верю, наверное, что могу заинтересовать Добрыню по-настоящему. А переспать с ним пару раз, а потом жить вместе и наблюдать за тем, как он переключится обратно на свою Аделину.... Мое сердце разорвется. Моё неравнодушное к нему сердце.
Я с горечью опускаю взгляд.
— Хочу в ""братский"" режим.
— Услышал. Извини, Вер... Не повторится.
Не притронувшись к чаю, сбегаю быстро к себе в комнату.
Сползаю по стене вниз.
И слушаю до боли долбящее сердце. ""Не повторится"".
Нет, я не сожалею, что так сделала. Было бы в тысячу раз хуже, если бы не сделала!
Я здесь, в первую очередь, ради девочек.
Как это называется?
Избегающий тип личности, Вера.
Улиточки, которые заранее прячутся в панцирь, на случай, если их обидят. И даже если их не обидят, они не готовы рисковать и проверять.
Это я, да."
"И фантазировать о бурном романе с Добрыней, совсем не одно и тоже, что попытаться этот роман прожить.
