Выйти замуж за злодея — это история из семейства основателей Города десяти островов, где главный герой отмечал красоту женщин с утонченными манерами и огненным в постели. Но его благородные черты часто не сочетались с горячим нравом любовниц. В этом мире мода важнее всего, и он легко понимает желание выглядеть стильно, даже если это приносит боль окружающим....
Предсказания Рут тоже никогда, слава богу, не сбывались, а для того чтобы наврать с три короба, разглядывая изрезанное линиями дно чашки, вообще магический талант не требовался.
— А тут и гадать не надо, — пожала она плечами. — Сама посмотри.
Наша маленькая уютная гостиная с голубыми занавесками на окнах превратилась в поминальный зал! Служители покойницких тоже щедро украшали помещения цветами красного цвета. А наша комната пестрила алыми крупными розами. От их количества рябило в глазах, а запах, усиленный магией, вызывал желание дышать во влажный платочек, как при пожаре.
— Когда посыльные начали вносить эту оранжерею в дом, я даже растерялась, — поделилась Рута. — Роз не меньше ста дюжин.
— Как для покойницы, — заключила я. Народ на нашем родном острове Анадари страшно суеверен. Дарить людям четное количество цветов считалось дурной приметой, даже хуже чем ходить по дому в уличной обуви, а уж грязные ботинки в гостиной — подчистую лишали хозяев денег.
— Между прочим, розы из питомника на Эльбе. Страшно представить, в какие деньги обошлись.
Рута работала в цветочной лавке на площади Гард, а потому прекрасно разбиралась в стоимости роз.
— Я попыталась прочесть карточку, но чуть без пальцев не осталась, — призналась подруга. — Если что, он темный. Только им приходит в голову поставить обжигающее заклятье на открытку.
Темных магов Рута не выносила с детства. Она никогда не рассказывала, из каких соображений светлая семья Шейрoс переехала в квартал темных, но миниатюрная цветочная фея, похожая на эльфа, моментально стала мишенью для насмешек.
В тринадцать лет все поменялось. Руту по-прежнему пытались дразнить, но у меня резко выросла грудь и необходимость в драках отпала. Теперь стоило вкрадчиво улыбнуться, как хулиганы коллективно покрывались красными пятнами, заикались и поспешно сбегали с поля боя.
Самое паршивое, что к двадцати одному году ситуация перевернулась с ног на голову: безопаснее махать кулаками или еще лучше туфлей с острой шпилькой, чем улыбаться.
Маленький конверт с карточкой я брала с опаской: вдруг ударит магическим разрядом? Но бумага оказалась шелковистой на ощупь и от прикосновения в воздух вылетели золотистые искры. Автор послания обладал твердым почерком без закорючек и писал исключительно лаконично: «Вы были неотразимы».
Мужчина, приславший сто дюжин роз, не сомневался в том, что подпись не требуется. Он не ошибся.
