Автор
В выкупленной родной семье каждый день начинается как обычная поездка, но потом внезапно превращается в бегство. Вспыхивают скандалы и ссоры, а за дверями соседей готовятся к нечто ужасное. Супруги пытаются сохранить равновесие между тем, как они жили, и новой реальностью, где каждый шаг подозрителен....
Считала подходящим, была рада отношениям и свадьбе. Но в сердце он не проник.
А вот Мирон врос в него очень крепко. Для меня уже стало родным все, что связано с ним. Я захожу в его кабинет и просто смотрю на вещи. Не трогаю, ну почти. Могу взять со стола ручку, повертеть в пальцах. Или погладить кофту на спинке кресла. Мне сразу становится хорошо и тепло.
Пару месяцев назад я так не хотела ехать в этот дом. А теперь открываю глаза утром и сразу радуюсь, что я здесь. Мне хочется бродить по коридорам, смотреть на вид из окна.
Мне нравится не только сам особняк, но и поселок. Чужие дома, конечно, интересуют мало, а вот общая территория стала родной. С удовольствием выкатываю коляску с сыном на аллейку между сосен. На улице уже совсем тепло, на пороге лето. Но зноя пока нет. Так что мы много гуляем.
Пока Мирона нет. к нам несколько раз приезжала Агриппина.
Бывают ли крестные бабушки? Наверное, это наш случай. Я рада, что такой человек рядом. Если поначалу ее приходы ставили в тупик, сейчас я жду их.
Вот и сегодня качу коляску, слышу крик со своим именем и улыбаюсь.
— Любовь Ивановна…
Называю имя и отчество матери моего бывшего мужа. Очень странно видеть ее здесь, хочется проморгаться.
— Да, Лада, это я. Здравствуй.
С этой женщиной у меня всегда были ровные спокойные отношения. Ей чуть за шестьдесят она среднего роста и округлых форм. Не толстая, какая-то мягкая.
— Здравствуйте… — говорю растерянно, но все же с вежливостью. — Как… Как вы здесь оказались?
Я реально не ожидала ее увидеть. Она вдруг усмехается с какой-то грустью.
— Мирон позаботился, чтобы в поселок больше не проникали неугодные. Но я внесена в список для проезда уже давно.
