Автор
В выкупленной родной семье каждый день начинается как обычная поездка, но потом внезапно превращается в бегство. Вспыхивают скандалы и ссоры, а за дверями соседей готовятся к нечто ужасное. Супруги пытаются сохранить равновесие между тем, как они жили, и новой реальностью, где каждый шаг подозрителен....
С тех пор, как я получила право разглядывать Мирона столько, сколько мне захочется, я рассмотрела каждый его сантиметр. И шрамы на руках показались мне странными. Я вспомнила наш разговор про собаку и Ивана. Во мне родилась догадка.
— Черт, я хотел толкнуть какую-то умную речь, а в итоге сказал лишнее.
— Спасибо, что помог мне тогда.
— Я не хотел говорить…
— Знаю, ты не любишь напрашиваться на благодарность. Но я рада, что это сделал именно ты. Да и никто больше из моего окружения на такие вещи не способен.
— Возьмем щенка? — Мирон быстро переводит тему.
Не могу сдержать улыбку.
— Мне очень нравятся шпицы.
Лицо любимого тоже светлеет.
— Тогда идем знакомиться. Заводчики опытные, щенки расписаны на месяцы вперед. Так что нам приготовлен уже конкретный приятель.
— Он просто обязан мне понравиться!
Обратно мы ехали уже с маленьким Рыжиком. Дома наш ждал его будущий друг, наш сын. А я крепко сжимала руку мужа и думала об одном — всегда, всегда нужно давать себе еще один шанс обрести счастье.
Спустя 7 лет
Мирон
— Папа, а правда, что моего настоящего папу зовут Иван?! — кричит Матвейка издалека.
Фраза получается корявой, а вот смысл ее заставляет нас с женой похолодеть. Хотя воздух густой от жары, даже тень дачного дома ее родителей мало спасает.
— Матюш, с чего ты взял? — Лада выбегает из веранды навстречу сыну.
Теща тоже отходит от стола, бросает огурцы недорезанными. Ахает и чего-то бормочет. Она уже не только смирилась со мной, но и признала счастье дочери.
— Кто это тебя надоумил, сынок? — с надрывом интересуется она.
Я тоже шагаю с крыльца, чувствую, назревает разговор.
— Бабушка Алисы сказала, что мама раньше была замужем за Иваном, и у них родился я. А потом папа нас украл. Она сама видела!
Матвей не выглядит перепуганным, не плачет. В голосе нашего будущего первоклассника скорее любопытство. Хоть он развит лучше некоторых сверстников и крайне любознателен, сейчас явно до конца не понимает, о чем говорит.
— Сыночек, она наврала тебе! — Лада злится.
— Вот старая сплетница, — тихо бросает ее мать.
Я подхожу к своему ребенку. Ведь с вопросом он изначально прибежал ко мне.
— Мы пройдемся за домами, Лад. И поговорим, — обращаюсь к жене. "
"Она распахивает взгляд мне навстречу — он повзрослел чуть, но не утратил искренности. Замираем, глядя в глаза друг другу, и я вижу в омутах любимой доверие.
