Автор
В выкупленной родной семье каждый день начинается как обычная поездка, но потом внезапно превращается в бегство. Вспыхивают скандалы и ссоры, а за дверями соседей готовятся к нечто ужасное. Супруги пытаются сохранить равновесие между тем, как они жили, и новой реальностью, где каждый шаг подозрителен....
Да и объективно угрозу для общества я не представляю. Даже осла Ваню больше физически трогать не думаю.
Пусть лечит рожу и общается с моими представителями. К Ладе и сыну он больше не подберется, мечты о наследстве так и останутся его сладкими фантазиями.
— Как хорошо, что мне хватило ума не повестись на их угрозы! — в который раз произносит Лада, наблюдая, как я пакую чемодан.
Она лежит на спине на кровати рядом с кучками моих вещей. Матюшка в своей колыбельке.
— Ты молодец, что рассказала мне.
Она и правда умничка.
— Давай, между нами больше не будет тайн?.. — брови Лады встают домиком.
Смеюсь над ее забавностью.
— Заметано.
Одно исключение — просьба ее отца. Правда, Виталий Петрович обещал приехать в особняк уже послезавтра. В том же, что касается лично меня, скрывать нечего.
— Не представляю, что ты завтра улетишь!.. — Лада начинает и осекается. — Прости, не надо разводить нытье перед дорогой. Но просто я буду бешено скучать.
Вздыхаю.
— Постараюсь вернуться так быстро, как смогу.
Мы сходили к педиатру, которого рекомендовала Василиса. У сына не нашли патологий. Но врач настоятельно советовал не нарушать режим дня ребенка, исключить стрессы. Вполне возможно, он просто стал спать лучше на природе. И вообще атмосфера дома его успокаивает, в отличие от квартиры Ивана. Но также может быть, малыш так отдыхает от нервных событий. А это уже не норма.
— Да, Матюшке перелеты сейчас не нужны. Я даже не думала, — быстро говорит Лада.
Забрасываю последнюю рубашку в сумку.
— Ну вот, а ты даже не успеешь от меня отдохнуть, я уже буду рядом.
— Скажешь, Красильников!
С вещами покончено, я тоже укладываюсь на кровать. Вернее, на хихикающую Ладу. Подминаю ее под себя.
— Я буду звонить и писать, — коротко чмокаю ее мягкие губы, — ты не слишком соскучишься.
Ее глаза вспыхивают и без слов говорят, что она мне верит.
* * *Аэропорт северного города хоть и людный, но не сравнится со столичным. Несколько лет я жил здесь по многу месяцев в году.
Никакие эмоции во мне не поднимаются — было и было. Я спокойно шагаю с ручной кладью к автомобилю. Но внезапно телефон, который я только что перевел в нормальный режим, заходится трелью. Беру трубку и… меня ошарашивает своим появлением другая часть прошлого.
Слушаю и не могу отказаться от волнующей встречи.
