В вынужденной невесте дракона, действие разворачивается на маленьком пирсе под грозными шагами дракона. Полуденное солнце и нервы на пределе создают атмосферу напряженного ожидания, пока девушка прячется от властной силы, которого больше не может избегать.
– В тот раз я и не искал, зная тебя, – рычу ему, но умалчиваю про свою слабость к Тьме. Однако, больше она не способна задушить меня.
– Значит, готов отпустить? – раздается мне вслед вопрос Эйрела. Чтоб его. Они с драконом сговорились?
Нет. Я и не думал отпускать. Со стороны легко судить, присели бы на мое место. Взглянули бы в глаза своей женщине, в которых не высыхают слезы...
Но за четыре года ее боль не остыла. С чего вдруг остынет за пару дней вдали от меня? Нет.
Дракон, ты прав. Если нужно будет рыть землю, перероем, но Лея вернется в мой дом.
Прохожу мимо Дикого в сторону, где не так давно проехала повозка. Твою ж! И куда она делась? Нужно было спросить адрес из досье. Но сейчас не до беготни туда-обратно. А вот и извозчик.
На углу улицы, говорит, высадил. М-да, вот так место. Не избы, а пытка для глаз. И куда Азимус смотрит? Всё заговоры да казни вместо того, чтобы государство в порядок приводить. Всё, что сделал отец, обращает в прах. Зато белый маг, не подвержен Тьме...
– Стоп, – рычит дракон, когда я прохожу мимо покосившегося деревянного забора, больше похожего на дряхлые колья.
Лея здесь?
Здесь. Даже нюх дракона мне сейчас не нужен. Я будто чувствую ее. Делаю шаг и замираю. Голос. Детский. Из дома. Воздух спирает внутри. В голове ненужные подозрения.
Ступаю ближе. Прислушиваюсь, но, как назло, затишье. Стучу. Старая деревянная дверь, противно поскрипывая, отворяется. Лея. Знал, что она здесь.
– Мам, кто это? – говорит мальчуган, цепляясь в ее юбку, и я хмурюсь.
«Мам»? Он зовет Лею мамой?
Перевожу взгляд с мальчика на ее лицо. Похожа на испуганного воришку, которого поймали за руку. И от этого внутри всё больше подозрений.
Дверное полотно летит прямо на меня, но я успеваю перехватить и войти. А Лея пятится, прижимая к себе ребенка, будто я могу его утащить. Неужели в ее глазах я в самом деле подобен монстру?
– Дядя адресом ошибся, и сейчас уйдет, – говорит она растерянному сыну. Горгульи! Кажется, я напугал этого мальчишку. Надо уйти?
Нет. Не могу. Не сейчас.
– Привет, – опускаюсь на колено, чтобы мои глаза были напротив его глаз. Не нужно, чтобы ребенок боялся.
А он и не боится, зато подозрительно щурится, будто прицениваясь, друг я или враг.
– Мама, – трудно употреблять это слово в отношении Леи, но сомнений нет. Именно так ее называет малыш, – меня не узнала, потому что долго не видела. Но мы… хорошие друзья. Я Дерек.
– Рейн, – отзывается он. Смышленый, хоть и маленький совсем. На Лею похож. А вот глаза...
