В вынужденной невесте дракона, действие разворачивается на маленьком пирсе под грозными шагами дракона. Полуденное солнце и нервы на пределе создают атмосферу напряженного ожидания, пока девушка прячется от властной силы, которого больше не может избегать.
– Что ж, дамы и господа, поприветствуйте девятую участницу Отбора. – заявляет он, напрочь игнорируя недоумение на лицах молодых невест.
Представляю, как они сейчас злятся. Это неуважение. Не только потому, что дракон выбрал еще одну девушку в конкурс, но еще и потому, что я другой масти. Наверное, они считают, что Дерек мне благоволит.
Ох. Это огромное заблуждение. Он хочет моих слез."
"– Садись, – приказывает Дерек, и я кидаю в него сердитый взгляд.
Так и хочу сказать: «Не знала, что ты из тех, кто, пользуясь властью, унижает других!», но не могу.
Мои соседки – рыженькая фея с белоснежным лицом, с огромными глазами цвета сочной травы и смуглая драконша с копной угольно-черных волос – соизмеряют меня взглядами.
Уверена, они бы и на слова не поскупились, но при драконе не смеют высказать претензии. Держат лицо. Они, ведь на Отборе, а значит, должны понравится жениху, несмотря ни на что.
А вот я не хочу! Я хочу отказаться. Но раз и этого мне нельзя, то вылечу с первого же тура.
– Что ж, дамы, ужин продолжается, – сообщает Темнейший, щелкает пальцами, и слуги подливают напитки в бокалы невест.
Девушки с трудом возвращают взгляды к блюдам, стараясь не выдавать своей неприязни ко всей этой ситуации. Зато с великим удовольствием демонстрируют прекрасные манеры, о которых прислуга вроде меня и знать не должна.
Я уже не чувствую голод, который совсем недавно выворачивал желудок. Хоть и не ела ничего кроме куска сухого хлеба утром перед отправкой.
Осторожно надрезаю кусочек сочного филе серебряным ножом и отправляю его в рот. Что такое, благородные девы? Не ожидали, что деревенщина тоже может знать этикет?
Я неплохо его выучила, собираясь когда-то стать женой того, у кого сейчас восемь невест. Девять, включая меня. Но я тут надолго не задержусь.
Не доставлю ему радости своими мучениями.
Бедный мой сынок, мы переезжали столько раз. Я надеялась, хоть здесь сможем жить спокойно. Гейб, мой сводный брат, обещал оформить фальшивые документы, чтобы я могла говорить, что не брошенка, а вдова. А значит, и работу нормальную смогу найти, и бежать прочь от людей, тыкающих в нас с Рейном пальцами, больше не придется.
Остался только один побег.
