В вынужденной невесте дракона, действие разворачивается на маленьком пирсе под грозными шагами дракона. Полуденное солнце и нервы на пределе создают атмосферу напряженного ожидания, пока девушка прячется от властной силы, которого больше не может избегать.
Принарядилась в сиреневое платье, будто нас ждет бал, и задирает нос.
– Король уже прибыл! Раньше, чем мы думали! – хватается за волосы сваха, бегая между нами, точно руководитель театра, актеры которого уже должны быть на сцене, но всё еще не знают своих ролей.
– Пойдемте! Идемте! – подгоняет нас Анна, вставая в самый хвост нашего неорганизованного стада.
Мы встречаемся с феей глазами и, поняв всё без слов, решаем держаться вместе.
Первой в холл спускается моя бывшая хозяйка. Идет статно, горделиво. Следом за ней еще двое, тоже держаться отлично, хоть и нервничают, и в самом конце мы с феей.
Обычно пустой огромный холл сейчас занимает целая дюжина рослых мужиков в приметной темно-красной форме личных стражей короля. Зачем их здесь столько?
Мне жутко, внутри чувство, будто сюда ввалились бандиты и сейчас заведут свои порядки. И ведь могут, если Его Величество прикажет. Где же он сам?
Вот.
Это он?!
На полотнах и монетах изображен настоящий рыцарь с широкими плечами и волевым подбородком, но сейчас я вижу перед собой высокого, не особо хорошо сложенного мужчину с очень длинными, не пропорциональными телу руками.
Нос длинным крючком и взгляд… пугающий и… нет, не цепляющий, а скользкий. Склизкий. Такой, от которого хочется спрятаться. Но пока что король смотрит на других невест, притом с таким видом, будто мы наложницы, и сейчас Его Величество по прихоти прихватит любую из нас.
Вздор! Что за мысли? Есть ведь правила и традиции, которые даже королевская чета обязана чтить.
Не нужно накручивать себя на ровном месте.
Или не на ровном?
Едва король кидает взгляд на меня, тут же опасно прищуривается, точно гиена, учуявшая жертву.
От этого зрительного контакта ставится настолько не по себе, будто я смотрю в глаза не человеку, и даже не дракону, а шакалу. Паниковать нельзя, хоть внутри всё и мечется.
Медленно, не забывая выражать почтение, опускаю глаза в пол, и когда подходит моя очередь, делаю книксен.
– Имя, – требует он. Вид такой надменный и важный, а голос скрипучий, как несмазанные петли калитки.
– Лея Лейн, – тихо отзываюсь я, а сама в панике ищу боковым зрением Дерека или хотя бы Дикого. Где же они?
Ах, вот. Здесь!
Только что влетели в зал.
