Клоун совершает убийство, которое влечет за собой погоню бывшего следователя Павла Торопова. В психиатрической лечебнице разворачивается напряженная интрига, когда Торопов пытается найти правду о произошедшем. Повествование раскрывает запутанные отношения и скрытые тайны.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Выстрел, который снес крышу»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Клоун совершает убийство, которое влечет за собой погоню бывшего следователя Павла Торопова. В психиатрической лечебнице разворачивается напряженная интрига, когда Торопов пытается найти правду о произошедшем. Повествование раскрывает запутанные отношения и скрытые тайны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Клоун совершает убийство, которое влечет за собой погоню бывшего следователя Павла Торопова. В психиатрической лечебнице разворачивается напряженная интрига, когда Торопов пытается найти правду о произошедшем. Повествование раскрывает запутанные отношения и скрытые тайны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Знакомое меню на завтрак. Знакомая одноместная палата. Но ведь все это осталось в прошлом… Или нет?
Павел шарахнулся от санитара, как от сатаны. Сел в изголовье кровати, подобрав колени к груди – как будто так можно было закрыться от возможного удара. Но Сергеев и не собирался бить его.
– А ну-ка, а ну-ка! – Он поставил поднос на стол, снова подошел к Торопову и, глядя на него без всякой агрессии, плавно поводил раскрытой ладонью перед глазами. – Кажется, отпустило тебя, – сказал он с ликованием хирурга, успешно завершившего сложнейшую операцию.
– Что отпустило? – скривив губы, исподлобья посмотрел на парня Торопов.
– Да то, что накрыло, то и отпустило.
– Ты меня накрыл. Почку, гад, чуть не отбил.
– Ничего я тебе не отбивал, – удивленно протянул Сергеев. Но, спохватившись, с добродушно-снисходительным видом махнул рукой. – Ну да, ты же по своему миру плутал…
– По какому своему миру?
– Да по такому, ходил здесь, как чумной, комиссара Мегрэ из себя изображал… Завтракать будешь?
– Знаю я вас, – мотнул головой Павел. – Что в чае там у вас намешано?
– Сахар в чай намешан.
– Нет, обыкновенный, из сахарной свеклы. А может, из тростника, я точно не знаю…
– За идиота меня держишь?
Санитар выразительно развел руками. Дескать, нормальные люди в психушке не лечатся, а к убогим отношение особое – кто-то сострадает, кто-то глумится, а кто-то грешит и тем, и другим.
– Обычный завтрак, не придумывай ничего себе, – сказал он. – В постели будешь есть или за стол сядешь?
– За стол, – буркнул Павел.
– Тогда давай, трескай, сил набирайся.
Санитар ушел, а Торопов с опаской подошел к столу, сел, притянул к себе тарелку с кашей, обнюхал. Обычная овсянка, причем не на молоке, как обычно, а на воде. И масла совсем чуть-чуть, с наперсток, и хлеб не совсем свежий. Раньше ему на завтрак сардельки давали, сосиски, яйца вареные, а сейчас ничего. Да и каша наверняка с общего стола. А ведь раньше для него отдельно готовили… А может, сосиски, сардельки, масло большими кусками привиделись ему в том воображаемом мире, по которому он плутал, как выразился санитар? Возможно, не было никакой Дарьи Павловны? И клоуна не было. И Горуханова…
Каша давно уже остыла, а Торопов сидел над ней, заторможенно раздумывая, есть или не есть. И чай вызывал у него подозрения… Но был в больнице человек, который мог развеять или, напротив, усугубить эти опасения. Павел думал о ней, и она появилась.
Эльвира Тимофеевна мягко, но решительно взяла его за руку, развернула к себе лицом, ничего не говоря, поводила молоточком перед глазами, стукнула по коленке.
– Может, объясните мне, что все это значит?
– То и значит, что вы, Павел Евгеньевич, пришли в себя. Голова не кружится? – внимательно всматриваясь в пациента, деловито спросила врач.
