Или уже нет?
— Вы так же развязны, что и тогда. Ну ничего, это мы сейчас исправим! Посмотрим, что вы запоёте в Порт-Саиде в нашей контрразведке. У меня там бо-о-льшие знакомства в кругах, где не любят шпионов!
— Господин Хантингтон, — укоризненно ответил барон. — Вы забыли мой добрый совет. Ай-ай-ай. Я думал, вы умнее. И не жаль вам своей глупой башки…
— Ах вы ещё и угрожаете! Здесь, мне, на нашем пароходе! Ну и наглец. Всё. Я иду к капитану.
И действительно, развернулся и ушёл. Нужно было срочно что-то делать. А что? В 1876 году хедив Египта Измаил-паша продал Англии египетский пакет акций Суэцкого канала. С тех пор вся администрация канала, включая и полицию, была британской. А год назад англичане бомбардировали Александрию и оккупировали весь Египет, отторгнув его от Турции. По всей стране британские гарнизоны. В Порт-Саиде — штаб-квартира контрразведки, страна кишит тайными агентами. В ближайшем порту на борт поднимутся полицейские и наденут ротмистру «браслетки». Из оружия у него только трость, залитая внутри свинцом. А куда сбежишь с парохода, идущего узким каналом по безлюдной пустыне? Ну и влип…
Внезапно за его спиной послышался мелодичный женский голос:
— Вы позволите?"
"Барон быстро поднялся с лонгшеза, снял шляпу и обернулся. Перед ним стояла под зонтиком молодая дама в лёгком муслиновом платье, черноволосая, зеленоглазая, с удивительно белой кожей. Дама села на пароход в Бомбее неделю назад. Красивая и загадочная, она путешествовала одна, только со служанкой. Звали её, как было объявлено за табльдотом, мистрис Уоррен. Она тоже плыла первым классом, но сидела от него через столик и потому барон не был ей представлен. Он любовался мисс Уоррен издали и, как ему казалось, незаметно. Первое время даже пытался изобрести способ подойти и заговорить, но в голову лезли одни банальности. Выглядеть же банальным барон не любил и оставил всё как есть.
— Простите мне мою дерзость, господин… Таубе? Я случайно подслушала ваш разговор с этим неприятным господином. Он вам угрожал? У вас неприятности?
— Я привык к ним, мистрис Уоррен.
— Польщена: вы знаете моё имя. Вы действительно шпион?
— Я русский офицер. Во время последней войны с турками я взял этого, как вы изволили выразиться, неприятного господина в плен. Фамилия его, если вы слышали, Хантингтон. Он служил тогда султану, и в момент пленения повёл себя… не совсем достойно. Это всегда неприятно вспоминать. Теперь Хантингтон хочет мне отомстить за то унижение.
— Но что он может вам сделать? Наши державы не воюют друг с другом, мы находимся на мирном пароходе.
— Я путешествую под другим именем. Я… если честно, то я разведчик.
— Теперь понятно.