Автор
В пять утра на Большой Морской под осенним сиянием вдруг раздаются тяжелые удары стула. Подозрительная смерть министра Макова приводит к необычным событиям, когда новый директор департамента государственной безопасности Благов выезжает из Москвы по вызову. Вечером в доме происшествия приходит полиция и открывает тайны смерти министра, стирая границы между политическими интригами и кровавыми играми московских криминальных кланов....
Мишка Самотейкин сжал огромные кулаки:
— Пусть тока попадётся, я ему… ух!
— Вот видите! Мы можем поймать его, например, завтра по дороге к вам. И придушить за бесплатно. А вы — семь тысяч!
— Ха! Вы всерьёз полагаете, что у вас получится? Мелко плавает ваш колбасник… Сиплый из Сухого оврага и Осмачкин из Арженовки так же думали, и что? Нет. Лыков очень ловкий и опасный человек. Его надо раскассировать хитростью, так, чтобы наверняка. Кроме того, господин Рупейто, мне в Даниловке совсем не нужен труп сыщика со следами насильственной смерти.
— Что вы предлагаете?
— Я встречусь с Лыковым, как и обещал, завтра, и скажу, что вас нашли. Вы действительно сговорились с обитателями каменоломни, и вам разрешили поселиться в Ивановской пещере. Есть там такая… Нарисую ему карту, объясню, что пещера эта стоит особняком и имеет единственный вход. Если Лыков туда проникает, то мимо него вам уже, якобы, никак не проскочить.
— Каким образом?
— Ивановская пещера особенная. Она действительно имеет только один вход. Прорытая там галерея проникает в гору на восемьдесят саженей и достигает развилки. Я пошлю Лыкова в левый коридор; скажу, что он кончается подземным залом, в котором вы и поселились. На самом деле коридор-то всего один. Он описывает петлю длиной примерно в сто саженей, и возвращается обратно в галерею с правой её стороны.
Благочинный порылся в ящике и выложил на стол продолговатый цилиндр серо-жёлтого цвета.
— Это что, динамитный патрон? — заинтересованно спросил Рупейто-Дубяго.
— Кизельгур. Очень мощный! Собственно сам кизельгур — это такой особый сорт пористой глины.
— А Лыков останется в той петле?"
"— Да. Если даже его не убьёт взрывом, он окажется в ловушке.
