Автор
В пять утра на Большой Морской под осенним сиянием вдруг раздаются тяжелые удары стула. Подозрительная смерть министра Макова приводит к необычным событиям, когда новый директор департамента государственной безопасности Благов выезжает из Москвы по вызову. Вечером в доме происшествия приходит полиция и открывает тайны смерти министра, стирая границы между политическими интригами и кровавыми играми московских криминальных кланов....
Синод довёл это до сведения государя, и Александр Николаевич лично повелел сослать начётчика в Вологду. Высочайшее повеление саботировалось несколько лет! Зелипупов вёл себя вызывательно: открыто жил в Моршанске, занимался коммерцией, наезжал и в столицы. Наконец, он в тамбовском казначействе случайно попался на глаза вновь назначенному начальнику губернского жандармского управления полковнику Новицкому, который шуток не признавал. Обнаглевший купец оказался — таки в Вологде. С тех пор прошло десять лет, в течение которых Благово ничего не слышал о Моршанском Аль-Рашиде.
— Что, вологодская ссылка уже закончилась?
— Давно! Скопцы выкупили его у Макова за сто тысяч.
— Кто же велел убить Зелипупова? Как я понимаю, Сашка получил заказ через ваше посредничество, а вам велено было помогать.
— Истинный крест, Павел Афанасьевич. Всё расскажу, не сомневайтесь. Ведь в этом имени — моё спасение! Вы, как и пожелали, узнаете полный расклад — и после этого оставите меня в покое.
— Настолько в этом уверены?
— Настолько, настолько. Дело в том, что Зелипупов много лет ссужал деньгами… великого князя Михаила Николаевича. Ещё когда тот был наместником на Кавказе. Ссуды августейший должник, разумеется, не возвращал, но оказывал за это обер-скопцу своё покровительство. В том числе прикрывал и от полиции. При прежнем государе, своём брате, Михаил Николаевич ничего не боялся. Тогда сосланным на Кавказ «христовым голубям» был просто рай: никто их не трогал, все знали: хозяин не велит! Но государь сменился и Зелипупова взяли наконец за пищик[12].
— Леонид Петрович?
— Так точно.
