В вышине мерцающие проблески портят мрак бескрайних космических пространств, а внутри стрэйнджера* нарастает напряжение: Стэн осматривает чистящим сканером корабль, готовясь к важной миссии. Опоздавший экипаж уже подключен, и Войс выглядит спокойнее, чем обычно — лишь дрожь в руках свидетельствует о том, что он все еще испытывает тревогу перед взлетом....
Дыхание Стэна ласково пощекотало кожу. Ноги мои стали ватными, жар из груди подкатил к горлу, разлился по щекам и ударил в голову. У меня сбился пульс, ход мыслей и способность ориентироваться в пространстве. Еще немного, и я упаду.
Спасите. Что это он вытворяет?
— Во-от, убрал, — стремительно отпрянул от меня Стэнфорд, лишая опоры, воздуха и разума. — У тебя ресничка на щеке была.
— А-а, — потерянно кивнула я, чувствуя, как сердце автоматной очередью стучит о грудную клетку.
— Все, теперь ты свободна, Ривз. Спокойной ночи, — тут же потеряв ко мне всякий интерес, вернулся к холодильнику кэп.
Спокойной ночи? Паразит. Да чтоб она у тебя теперь такая же спокойная была, как у меня.
Пробкой вылетев с камбуза, я домчалась до своей каюты и уткнулась лбом в холодную дверь, испытывая безотчетное желание вернуться обратно, сдернуть со Стэнфорда белую тряпку и отомстить ему за то, что просто совершенно измучил меня.
Включи мозг, Шарлотта. Нельзя этого делать на стрэйнджере. И себя скомпрометируешь, и Стэну припаяют неуставные отношения. Потерпи до утра и поговори с ним совершенно спокойно на трезвую голову.
Забравшись в номер, я попила водички, сожалея, что в моем положении мне нельзя принимать холодный душ и, раздевшись донага, упала на постель. Прохладная простыня чуть остудила тело, но не выветрила из головы дурь.
Закрыв глаза, я стала считать патроны, потом стрэйнджеры.
Мысли жарко носились в голове, кровь барабанила по вискам, и в темноте мне представлялось что-то ужасно непристойное: сильное и горячее тело мужчины, накрывающее меня собой; губы Стэна на моих губах; низкий шепот в висок, дыбом поднимающий все волоски на коже; и мое имя, звучащее в его устах так красиво и нежно.
Я крутилась на тесной койке, крепко сжимала ноги и едва не стонала от просто выкручивающего меня как тряпку желания.
— Элис, — измученно позвала я, услышав мгновенный отклик виртуальной подруги:
— Что случилось, Шарлотта?
— Скажи, а командир уже спит?
— Нет, — совершенно не информативно выдала бездушная машина. — Передать ему, что вы хотите с ним поговорить?
— Не надо.
