В прихожей квартиры размером всего два на три метра тесно и пугающе. Мужской плащ 50-52-го размера висит на застеженной вешалке на правой стене, а дверь комнаты не имеет замка — просто открыта. В этой просторной комнате четыре на пять метров с единственным окном напротив входной двери, ужас вызывает неизвестная личность, оставившая след в прихожей....
Однако она ничуть не сомневалась, этот человек ее любит, и с радостью приходила сюда отдыхать от безделья и суеты дня и напряженного ожидания вечера, потому что каким вернется с работы Олег и чем кончится вечер, Ирина никогда не знала. Порой она ловила иной взгляд Павла — жесткий, требовательный, она два или три раза поинтересовалась, мол, ты хочешь о чем-то спросить? Ветров взгляд мгновенно убирал, лицо его приобретало чуть ироническое выражение, он молча пожимал плечами или улыбался. У него существовала отвратительная привычка не отвечать на вопросы.
— Ведь и так ясно, — наконец сказал он, — зачем колебать воздух?
Павел искренне полагал, что на многие вещи существует один-единственный, абсолютно правильный взгляд. Он, Павел Ветров, так на это дело и смотрел, так же, естественно, смотрели и остальные разумные люди. Если же они задавали вопросы, то либо притворялись, либо были глупы непроходимо, и в том и в ином случае отвечать им не требовалось.
Олег Перов оказался не тем человеком, в которого Ирина влюбилась до беспамятства и за которого, до последней минуты не веря в собственное счастье, вышла замуж. Прошло время, исчезла загадочность, за стальными мускулами оказался далеко не стальной характер. Ирина гордилась мужем, порой стыдилась его, жалела, ненавидела и любила. Ведь он, такой большой, сильный и несуразный, слабый, безвольный и обаятельный, был ее, Ирины, муж, и другого она не хотела.
Павел быстрым, точным движением выключил конфорку. Над туркой уже выросла шоколадная пористая шляпа, она не успела накрыть турку и огонь и, разливаясь, зашипеть, пахнуть горелым, испорченным кофе.
Ирина, свернувшись калачиком, тихо спала в кресле. Ветров на цыпочках вышел в коридор, подхватил чемодан и стал разбирать его.
Ветров в кинематографе был не новичок, по его сценариям поставили три фильма, пять сценариев закрыли на стадиях различных.
Ветров в кино прошел всю трассу от старта до финиша и знает: сегодня киностудия не что иное, как завод по производству кинокартин. Любой студии сценарии нужны, совершенно необходимы, сценариев не хватает, без них задыхаются.
