Но потом бандиты начали использовать её как могильник, сбрасывая в масло убитых пленников.
Повернувшись к бандиту, Слава жестом подозвал его к себе. Женщина, остановившись в нескольких шагах от них, настороженно замерла. Понимая, что его сейчас убьют, бандит только тихо скулил, не пытаясь даже торговаться за свою жизнь. Подтащив бандита к краю ямы, Слава выхватил пистолет и, одним движением уперев ствол ему под нижнюю челюсть, нажал на спуск. Сразу отступая назад, чтобы плеснувшая кровь не залила ему одежду, Слава сильным толчком перебросил тело бандита через низкую загородку и, убирая пистолет в кобуру, сказал, поворачиваясь к женщине:
– Вот и всё.
Потом последовал сильный удар по голове, и свет для парня померк. В ушах тихо звенело. Перед глазами плавали цветные пятна, а тела словно не было вовсе. Потом раздался гулкий голос, прозвучавший в сознании парня укоризненным набатом:
– Зазнался ты, воин. Забыл, что вперёд нужно смотреть двумя глазами, а назад четырьмя.
– Но я не воин, – растерянно пролепетал Слава. – Я простой работяга. Вынужден воевать, чтобы выжить.
– Ты не вспоминал об этом, когда брал виру кровью. Не важно, чем ты зарабатываешь на хлеб. В душе ты воин, и всегда им был.
– И в чём же моё зазнайство? – спросил Слава, не рискнув влезать в спор непонятно с кем.
– Тебе помогали. По делам твоим, ты всегда праведно воевал. Но ты зазнался. Придётся тебя наказать."
"– Как? За что? – принялся спрашивать парень, но всё вдруг пропало.
Открыв глаза, Слава болезненно скривился и застонал. Голова гудела, словно перегретый паровой котёл, а солнечный свет резал глаза. Пошарив руками вокруг себя, парень понял, что лежит на асфальте. Медленно перекатившись набок, а потом на живот, Слава по частям, словно плотницкий метр, поднялся на колени и попытался оглядеться. Кривясь от резкой боли, он приложил руку к голове и, нащупав серьёзную шишку, тихо застонал. Разглядев на пальцах кровь, парень ещё раз ощупал голову и, вздохнув, тихо проворчал:
– Овца тупорылая. Чуть голову не проломила. И зачем, спрашивается? Вот и помогай им после этого.
Медленно поднявшись, он немного постоял, чтобы убедиться, что ноги его держат, и, держась за голову, поплёлся к административному зданию. Нужно было добраться до аптечки. Голова болела, тошнило, и в глазах то и дело всё расплывалось.
«Сотрясение. Все симптомы, как в учебнике, – мелькнула мысль. – А если ещё и грузовик угнали, то вообще вешалка».
Автоматическим движением поправив автоматный ремень, Слава вдруг сообразил, что его не обобрали, пока он был в отключке. Всё оружие, боеприпасы, гранаты, даже нож были на месте. Сунув руку в карман, парень нашарил ключ от грузовика и облегчённо вздохнул.