В окраинном городке Новоильинске, где постоянной дислокацией служит отдельный спецотряд центрального подчинения, командиры приглашают своих солдат на плац. Праздничная атмосфера дня несёт в себе предвестие важного события. Этот жесткий мир военных, угрюмо-серого цвета и постоянной тревоги — вот то, что описывает первые слова описание книги "Выжить. Вернуться. Отмстить"....
— А если она сейчас подвалит к тебе?
— Отобьюсь. На крайняк скажу, чтобы через час подошла, обеспечив место случки. Это если она трахнуться хочет. А если просто поболтать, вежливо отошлю к телку!
— Ну, давай, действуй по обстановке. Я жду твоего сигнала о начале выхода Бериллова с Ириной к озеру!
— Понял! Все, капитан, больше базарить не могу. Старая стерва так и пялится. Принесла ее нелегкая.
Выругавшись по-чеченски, Моллаев отключил телефон. Капитан прислонился к забору, в ожидании уже скорого свидания с женой-шлюхой и одним из ее любовников.
"Вибрация телефона заставила Макарова вздрогнуть. Капитан вскочил, ответил:
— Да?
— Первый клиент с дамой направился к озеру!
— Что делают остальные?
— Гуляют!
— Как твоя мадам?
— Чую, подгребет скоро. Шампанское фужерами жрет. Орет на своего козленочка.
— Ясно! Я на позицию!
— Удачи!
Макаров отключил телефон, прошел в кусты, где и застыл, ожидая мэра и свою неверную супругу.
Те появились буквально через считаные минуты.
Вышли на пляж, в каких-то трех-четырех метрах от Макарова.
Бериллов, схватив Ирину за ягодицы, прижал к себе.
Капитан все слышал:
— Ну что, крошка? Делаем все, как обычно?
Неверная супруга пролепетала:
— Я сделаю все, что ты захочешь, дорогой!
— Прекрасно. Ты отличная актриса.
— Что ты имеешь в виду?
— Да вспомнил, как стояла безутешной вдовой перед гробом мужа.
— Ну не могла же я прыгать от восторга, что наконец-то получила полную свободу и что мне больше не надо ни перед кем играть, ни перед кем отчитываться. Погиб боевой офицер, достойный муж, ну и черт с ним. Надоел в последнее время своими придирками, как собака.
— Ты жестока, Ирина!
— Вся наша жизнь жестока, дорогой. Но может, хватит болтать?
— Да, начнем, пожалуй!
От этого разговора ярость затмила разум Макарова, но он с огромным трудом сдержал себя.
Скрипя зубами, Макаров смотрел на то, чем занимается та, которую он когда-то любил, которой доверял, к которой стремился из командировок. Но вскоре не выдержал — отвернулся.
А когда вновь взглянул на пляж, увидел, что голая Ирина уже умывалась, а мэр, раскинув руки, развалился на песке, закурив длинную, тонкую сигарету.
