Опытный командир спецназа Дмитрий Макаров становится жертвой интриг нечистоплотного начальства. Предатель подполковник Коршунов готов пожертвовать лучшим ротным командиром, чтобы скрыть собственные преступления. Макарову предстоит выжить в невозможных условиях, вернуться домой и...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Выжить. Вернуться. Отмстить»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опытный командир спецназа Дмитрий Макаров становится жертвой интриг нечистоплотного начальства. Предатель подполковник Коршунов готов пожертвовать лучшим ротным командиром, чтобы скрыть собственные преступления. Макарову предстоит выжить в невозможных условиях, вернуться домой и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Литрпг подборки серии
Опытный командир спецназа Дмитрий Макаров становится жертвой интриг нечистоплотного начальства. Предатель подполковник Коршунов готов пожертвовать лучшим ротным командиром, чтобы скрыть собственные преступления. Макарову предстоит выжить в невозможных условиях, вернуться домой и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сержант ответил:
— Я все понял, выполняю!
— Давай выполняй!
Находившийся на позиции боевик отряда Черепа, наблюдавший за группой спецназа, понял, что неосторожным движением выдал себя. Доказательством этому явилось то, что один из дозорных отклонился от маршрута и пошел прямо на него. Бандит про себя выругался. И тут же вызвал по рации Гунаева:
— Аслан! Я — Рахмон! Ответь!
Сразу же в ответ:
— Да, Рахмон, слушаю тебя?"
"— Похоже, русские обнаружили меня!
Гунаев воскликнул:
— Ты в своем уме? Как это обнаружили? Ты представляешь, что…
Наблюдатель прервал помощника главаря банды:
— Да погоди ты собачиться. Лично меня спецы не видели.
— Тогда о чем ты докладываешь?
— Понимаешь, у меня раненая рука затекла, я решил повернуться на другой бок и задел ветви кустов. Это заметил один из дозорных. Очень глазастый дозорный. Сейчас он отошел от напарника и идет на меня. Дальше оставаться на позиции не могу.
— Шайтан бы побрал твою раненую руку. Я же выслал тебя на пост, как самого лучшего бойца отряда, а ты? На какой-то мелочи прокололся.
Наблюдатель повторил:
— Я должен уходить, Аслан, пока русские точно не определили, что за ними следят.
— Так! Скрыть следы своего пребывания в кустах сможешь?
— Конечно! Подниму примятую траву, и все дела.
— А отойти так, чтобы не шевельнулась ни одна ветка?
— Смогу. Медленно, ползком, поднимая за собой траву, смогу!
— Тогда не теряй времени! Отходи! Но учти, если русские узнают, что в кустах был человек, я лично пристрелю тебя!
— Учту, Аслан! Куда мне идти?
— Ты справа от оврага?
— Если смотреть от аула, то да!
— Тогда уходи на северо-запад, правее, но так, чтобы через 150 метров оказаться не далее 50 метров от оврага. Там встретишь нашу группу охвата противника. Присоединишься к ней!
— Понял! Навожу на позиции порядок и отхожу!
— Начинай! И все время помни о том, что я сказал, насчет обнаружения позиции спецназовцами.
— Я все понял и все помню!
— Давай! Как выйдешь из опасной зоны, сообщишь мне об этом! Мне, Рахмон, только мне, иначе за твою жизнь я не дам ни гроша. До связи!
— До связи, Аслан!
Отключив рацию, Гунаев со злостью сплюнул на землю. Этого еще не хватало. Надо прикрыть Рахмона, иначе, если Череп узнает о проколе наблюдателя, отыграется не на нем, а на помощнике. Ведь это он, Гунаев, отправил Рахмона в «зеленку». А Череп приказал отрядить в наблюдатели самого лучшего, самого подготовленного и опытного бойца. Вот и получается, что помощник проявил халатность при отборе наблюдателя. Проигнорировал приказ самого Гурадзе и послал абы кого, а не лучшего. А значит, что? Значит, заслужил самое суровое наказание. Да, надо прикрыть Рахмона. Потом, когда спецназовцев обезвредят, русские, возможно, и скажут, что заметили наблюдателя. Но потом это будет неважно.
