В выживательном духе, автор рассказывает о маленьком городке на берегу моря и обычной жизни жителя. Расстояние до дома через прибрежную линию почти в два километра, каждый вечер он бегает круг по местным улочкам, привыкнув к каждому камушку и неровности подfootstep—это не просто тренировка, это его второй дом. Но приближение к зиме заменяет обычный покой напряженной готовностью выжить в экстремальных условиях....
Нет, я сам потребовал оставить одну машину с пилотом, но не ожидал, что этим пилотом окажется именно он.
— Люблю эту птичку, — объяснил он мне. — Управлять легко, не ломается, сажать — чистое удовольствие. И надоело мне просто командовать. Ты что задумал?
— Здесь городков полно вокруг, могут быть люди.
— Верно, могут, — согласился он. — Сейчас хочешь лететь?
— А ты как думаешь?
— Поздновато, не кажется? Может быть, с утра?
И верно, как-то за суетой день прошел, скоро сумерки, а они здесь недолгие.
— Давай с утра, это не срочно.
Караул я выставил на крышу, трех человек, и еще одного поставил у входа на лестницу, ведущую на второй этаж. Если часовые с крыши как-то умудрятся проспать подход мутантов или других врагов к окнам, то он все равно нападение заметит и успеет поднять тревогу. Тем более что стекла все же небьющиеся, а за стеклами сетки, с ходу никто в здание не проникнет. Все остальные отправились в «теплицу» второго этажа и там устроились с ковриками и спальниками где кому нравится.
Спать часть свободных от наряда завалилась рано, как темнеть начало. Все равно делать нечего, лучше отдохнуть хорошо. В дальнем углу четверка бойцов — бодрствующая смена — засела за покер, у кого-то, кажется у Джейка Локера, пулеметчика из «Майка», все требуемое было с собой. Карты я не люблю, как и любые другие азартные игры, но мешать не стал, предупредил только, чтобы тихо сидели, не мешали спать.
Самому как-то не спалось. Во-первых, хотелось к Роне под бок, а если точнее, то ее к себе под бок, она в мою каюту приходила последние две ночи, а во-вторых, как-то одновременно еще и о семье думалось.
В общем, поворочавшись на жестком пеночном матрасике и решив, что все равно сейчас не усну, я вышел из «теплицы» на крышу, в темноту и духоту местной ночи.
Встал у края крыши, пытаясь в эту самую темноту вглядеться, затем вытащил из подсумка тепловизор, включил. Нет, ничего подозрительного не заметил и не ощутил, просто так решил поглазеть.
