В выживательном духе, автор рассказывает о маленьком городке на берегу моря и обычной жизни жителя. Расстояние до дома через прибрежную линию почти в два километра, каждый вечер он бегает круг по местным улочкам, привыкнув к каждому камушку и неровности подfootstep—это не просто тренировка, это его второй дом. Но приближение к зиме заменяет обычный покой напряженной готовностью выжить в экстремальных условиях....
Но тогда надо будет яхту подогнать вплотную, потому что… а все равно так близко не подгоним, чтобы эффективный огонь вести, от края причала до машины точно больше ста метров, так что в расчет двадцать второй не берем.
Все. Остальное исключительно для ношения на себе.
— Майк, давай я тебе что-то покажу, — сказал я, направляясь к кокпиту.
Так цепочка совпадений продолжилась. Продолжилась она уже следующим утром, когда мы все же организовали вылазку на берег."
"Ночь прошла относительно спокойно, хоть психов мы видели несколько раз.
К утру мутанты разбежались, порт снова опустел. На нас внимания никто не обратил — то ли мы далековато от берега стояли и вели себя тихо, то ли психи соображают, что до нас не дотянуться, а раз так, то и нечего нервы себе трепать.
— Ярек, — подозвал я сына. — Будешь опять в прикрытии.
— Может, мне с тобой пойти?
— Майк идет со мной. Надо, чтобы еще с лодки кто-то мог стрелять, если что.
— Пусть Майк стреляет.
Разговор шел на русском, заставляя нервничать толкущуюся рядом Сашку, которая язык знала плохо и предпочитала говорить по-английски. Майка рядом не было, он брился.
— Майк с винтовкой хуже, чем ты. А с пистолетом лучше.
— Ты мне дробовик дай. И я сильнее и быстрее, чем Майк.
С дробовиком он справится, он его любит. Перезаряжать помпу — это круто, как в кино, так что если мы стрелять выбирались, он всегда ее предпочитал.
— Хорошо, пойдешь ты. — Я не ответил, я выдохнул.
— Йес! — сын изобразил некий танец победителя и убежал в каюту, собираться, попутно добавив еще несколько притопов с прихлопами из маорийской хаки.
Так, теперь самое трудное — надо сказать об этом Янине. Тут проще в петлю, но все равно никуда не денешься.
Нашел ее в кокпите, сидящей с чашкой кофе.
— Будешь? — спросила она.
— Нет, потом. — Не нужно кофеин в себя лить, если собираешься на что-то серьезное. Там и так возбудишься, стимуляторы не нужны. — Ярек со мной пойдет.
Лицо ее закаменело, чашка со стуком встала на блюдце, кофе расплескался.
— Ты уже совсем рехнулся? Я не отпущу.
