В выживательном духе, автор рассказывает о маленьком городке на берегу моря и обычной жизни жителя. Расстояние до дома через прибрежную линию почти в два километра, каждый вечер он бегает круг по местным улочкам, привыкнув к каждому камушку и неровности подfootstep—это не просто тренировка, это его второй дом. Но приближение к зиме заменяет обычный покой напряженной готовностью выжить в экстремальных условиях....
Мы не видели всего самого жуткого, отсюда, из тихого угла спортивного порта. Прошла мимо нас паника, прошла смерть, прошли чудовищные пробки на дорогах, которые успел показать телевизор, потому что люди в последней попытке убежать то ли от своего страха, то ли от самих себя, срывались с места и ехали неизвестно куда с непонятной надеждой. Яхта стала нашей «башней из слоновой кости», и только потом, когда вдруг сначала стало тихо, а потом появились страшные тени ночью, мы наконец осознали, что оказались в ночном кошмаре, ставшем реальностью.
Но даже в самые мрачные моменты жизни случается что-то хорошее. В одно утро, когда мы сидели в кокпите и пытались обсуждать будущее, в порту появилась знакомая яхта — Майк Робертс. Точнее, сначала он неожиданно вышел на связь по радио и сообщил, что идет к нам. И потом уже пришел. Его «Шутник» неторопливо вошел в марину под дизелем, а я уже ждал его, стоя на баке «Одиссея» — к этому времени заработала уже и короткая связь между нами.
— Привет всем, — крикнул он, подводя свою лодку к нашей. — Итак, я за вами!
— За нами? — спросила жена.
— За вами, Джанни, за вами, — Майк улыбнулся во все тридцать два вставных, белозубо и неотразимо. — Мы с вашим мужем немного переписывались в Интернете, потом перебалтывались по радио, и я решил попробовать вас здесь застать.
Вообще-то жену зовут не Джанни, а Янина, она полька, хоть познакомились мы в Москве, но в местном англоязычном окружении она превратилась в Джанни, даже я к этому постепенно привык.
«Шутник» Майка пришвартовался рядом, и после недолгой возни и суеты он сам перебрался к нам, не отказавшись от кофе, пусть и растворимого — запас нормального уже закончился, когда сидишь на лодке безвылазно, кофе расходуется в диком темпе.
— Пришлось использовать?"
"— Да, пришлось. — Майк помолчал, подбирая слова. — Очень много плохого там, — кивнул он куда-то туда, где должны были угадываться очертания гибралтарской Скалы. — Гибралтарский полк сначала призвал резервистов, а потом весь гарнизон базы сошел с ума в полном составе. С резервистами. Улицы забиты психами, причем даже вооруженными.
