Автор
Внутри Сакуратэншу, где злые духи царят над всем, новый тело войдет — твое или чужое. Шум проникает через щели, и каждый шаг становится более опасным. Ты понимаешь: сбежать невозможно, даже если ты будь сто раз за ним. Магия рода вновь молится о тебе, готовясь к битве.
Также медленно убрал его в карман под бешеным взглядом своего собеседника, выпрямился и твердо ответил:
– Приказ герцога Бейтана не обсуждается. В ночь с пятницы на субботу вы поступаете в мое распоряжение. И эти молодые люди приписаны к вам на практику до конца полугодия.
Незнакомец еще раз придирчиво осмотрел нашу четверку и мрачно спросил:
– Почему их только четверо? Обычно студенты работают пятерками.
Зайтен ответил:
– По приказу герцога группу поделили на пятерых преподавателей вместо четверых. Все для лучшего, но проштрафившегося охотника.
Его улыбка так и сочилась ядом. Сероглазый обвиняюще ткнул в меня пальцем и заявил:
– Тогда дайте кому-нибудь другому в довесок ее. Я охотник, а не нянька для малолетних девиц. Видел я их всех на испытаниях. Парни еще куда ни шло, у некоторых хватает ума просить помощи, но эта!.. Пусть ее возьмет Феликс или Вайерт.
Его возмущение и уничижительный взгляд начинали потихоньку злить меня. За неуместные проявления чувств меня ругали с детства еще в прошлом теле.
Шон придвинулся ближе. Не знаю, чего он ждал, и как должна была реагировать на такое Шиясса. Мне больше всего хотелось размазать гада по стенке. Но без некромантии седьмого ранга, подозреваю, у меня нет шансов. И без катаны. Как он фехтует, я уже видела.
Неожиданно за меня заступился Зайтен:
– Леди сдала вступительные испытания и является полноправной студенткой. По Уложению Фридриха Пятого девушкам из благородных родов разрешено избрать любую стезю и учиться в Академии.
– И она моя сестра, – подал голос Шон.
Незнакомец пронзил его презрительным взглядом и снова повернулся к Зайтену. Тот многозначительно прокашлялся и обратился к нам:
– Как вы уже поняли, этот господин будет руководить вашей магической практикой. Перед вами один из лучших охотников на нежить в Нуамьенне, легенда рибено-линьинской кампании десятилетней давности, господин Рэйман Стэндиш...
Прежде чем поняла, что делаю, я процедила сквозь зубы:
– Святой.
Я впилась взглядом в серые глаза своего спасителя. Парни и Зайтен удивленно уставились на меня. Презрение в глазах Стэндиша сначала сменило удивление, а затем интерес. Он холодно сообщил:"
"– Верно. Именно так меня звали рибенцы. Откуда ты знаешь об этом, девочка?
Неожиданно для себя я ответила:
– Меня зовут Шиясса Гемхен.
Он скрестил руки на груди и раздраженно продолжил:
– Хорошо, Шиясса.
