Новый тело в хаосе Тайджу уже не просто оружие — оно становится символом борьбы, когда ты знаешь, что у тебя нет других способов выжить. Я смотрела на свирепые лица головорезов, проникающих через каждое укрытие, и чувствовала страх, но также магическую силу родового амулета в руке. В коридоре зазвучали шаги — я понимала, что не смогу исчезнуть бесследно, поэтому готова была использовать все доступные инструменты для спасения....
Похоже, «Выжившая из Ходо» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Странно все.
– Возможно, это помогает ей справиться с безумием? – тихо ответил ему Винсент. – Она увлечена той книгой о Рибене, которую я ей подарил.
В голосе моего братца слышалось сомнение:
– Возможно. Я, конечно, рад, что она ведет себя здесь почти нормально. Но почему ее заклинило именно на Рибене?
– Какая разница? – фыркнул Ястер. – Рибен… Лучше, если бы она выла ночами, как раньше? Или просилась в Линьин, чтобы найти папашу? Радуйся, что сидит и читает. Теперь, наверное, будет лелеять эту железку рибенскую.
Я вспомнила катану, которую вчера спрятала в шкаф. Не самое надежное место, но будем надеяться, что Тайджу не попытается выкрасть проигранное оружие. Дитя… В чем-то он был прав. Детей у меня не осталось. Катана духа и мой некромантский дар – тонкая ниточка из прошлой жизни. Больше у меня ничего нет. Все остальное: и проблемы, и дружба, и братская любовь – принадлежит не мне, а Шияссе. И нужно скорее решить ее дела, чтобы вернуться на родину.
Громко топая, я спустилась по лестнице. В мое лицо впились два озабоченных взгляда – Ястера и Шона. Винсент смотрел на меня с деланым равнодушием. Я преданно повисла на его руке и прошептала, пока мы шли по двору:
– Прости. Это было неожиданно.
– Ничего, – вздохнул Винсент. – Но в следующий раз, когда тебе захочется блеснуть знаниями, сначала подумай.
Я торопливо закивала. Был еще один вопрос, который мне ужасно хотелось задать, но я помнила про шагающих впереди Ястера и Шона.
У него был при себе артефакт девятого ранга. Но при этом Вин не использовал его, даже при угрозе жизни. А это значит… Что виденный мной предмет, на который с таким вожделением смотрела вся знать Нуамьенна, предназначен не для боя. Но тогда для чего? Интересно…
На плацу нас встретил чем-то очень довольный Гуасин. Когда в ответ на резкое «Шиясса Гемхен» он услышал мое четкое «Я!», его улыбка стала еще шире.
Ответ на этот вопрос я получила после завтрака. Первым уроком у нас была теория алхимических преобразований, или попросту алхимия. Обычно его вела леди Гертруда Стальш – пожилая дама, строгая, но справедливая.
