Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он во время одной войны вроде как потерялся при отступлении. На самом деле он напарника своего, второго номера, из вражеского тыла выволакивал. Между прочим, пять дней тащил. Их обоих и похоронить уже успели. А когда он в расположение вышел, так, помимо товарища своего, еще десяток шевронов притащил.
— Каких?
— Волчья голова. Приходилось слыхать о таких?
— Турецкий спецбатальон Острие копья?
— Он самый. Приходилось дело иметь?
— Я ихнего командира роты живым взял. Не скажу, чтоб совсем целым, но живым.
— Уважаю, — кивает головой мой напарник. — Сработаемся."
"Так, переговариваясь по дороге, мы доходим до леса. Там нас уже встречают. От деревьев отделяется коренастый мужик в таком же камуфляже, как и у моего сопровождающего. Подходит к нам и подставляет плечо Зеленому. Тот, хоть и отнекивается, но помощь принимает. Идти ему все-таки тяжело. Совместными усилиями мы сворачиваем в сторону. Через некоторое время добираемся до небольшой ложбинки. Там лежит еще один камуфлированный. Надо полагать, это тот раненый, о котором докладывали капитану. Я присаживаюсь на траву и первым делом проверяю оружие, дозаряжаю автомат. В горячке беготни я, даже и не помню каким образом, расстрелял чуть не весь магазин. Сколько ни копаюсь в памяти, вспомнить, когда я это сделал, не могу. Снова оживает рация.
— Потеряшка — Серым. Как вы там живы-здоровы?
— Все в норме, все на месте, — отвечает наш встречающий. — Тебя когда ждать?
— Раз такое дело — снимаюсь и убегаю. Пускай мои безутешные поклонники целуют придорожную пыль в одиночестве.
— Балабол! — фыркает Зеленый. — Нет бы просто сказать: иду на соединение. Так он должен целую поэму прочитать.
— Прочтет еще, — отвечает ему наш встречающий.
Он осматривается, наклоняется к своему товарищу.
— Как ты, Ваня? Иди не сможешь?
— Нет. Ноги… Вы уж топайте тут потихоньку…
— Ну, ты сказал! Как-нибудь и сам разберусь, не переживай! Майор, можно тебя на пару слов?
Отходим в сторону и приподнимаемся на пригорок. Отсюда можно наблюдать за тропой, по которой мы сюда пришли.
— Не полезут? — киваю я в сторону поселка, откуда ещё слышны редкие выстрелы.
— Черт их знает… Во всяком случае, не сразу, успеем уйти. До подъёма дойдём, дальше им ходу не будет. У нас-то там веревка закреплена, поднимемся. А вот как они в лобешник на пятнадцатиметровый откос полезут? Хотел бы я на это посмотреть…
— Обойдёмся. Лучше на что-нибудь другое, более для глаз приятное, глянем.
— И я так думаю, — соглашается мой собеседник. — Значит, так. Мой позывной — Грач. Старший лейтенант Грачев, Игорь Иванович. Внутренние войска.
— Майор Рыжов, Сергей Николаевич. ФСБ. Здесь находился… (чёрт, неохота парню врать, нормальный ведь мужик!). Короче, сидел. В красной зоне.
