Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Это хитрый дядька был! Только вот к хитрости еще и опыт нужен, а вот его-то у стрелка и не было.
– Хм... Может быть, и так. Я бы и сам подобным образом поступил.
– Ну вот, видишь! Так что ты с ними вежливо поговори."
"Он кивает и, подхватив автомат, закидывает его за спину:
– Пойду, пообщаюсь.
Последними из дома выходят губер со своими хвостозаносителями. Так, а вот с этой шатией-братией говорить буду уже я...
Подойдя ближе, вижу, что среди них кого-то не хватает. Поворачиваюсь к Попову, который уже оклемался и сейчас идет за мною следом.
– Капитан! Как тебя по имени-отчеству? А то неудобно все по званию да по фамилии звать.
– Виктор я. Отца Иваном звали.
– Ага! Ну, а я Сергей Николаевич. Вить, кого там не хватает? Вроде бы их больше вышло, некоторых я и не видел никогда. А вот кого-то из знакомых не вижу.
– Так командира нашего нет. Вашадзе не спустился.
– С хрена ли? Оборону держать собирается в одиночку?
– Вот и спросим.
Подполковника мы нашли на втором этаже. Выброшенный разрывом снаряда в коридор, он изломанной куклой лежал на полу. Рядом валялся исковерканный пулемет. Подполковник был еще жив, но уже никого не узнавал.
– Ты смотри... – присаживается на корточки Попов. – Надо же... не ожидал от него. Это как же его надо было припереть...
– Даже и не перевязали, сволочи! Понятно, что это бы ему не шибко помогло, но хоть что-то...
– Ну, майор, от этих деятелей чего-то хорошего ждать не приходится. Они и мать родную ради карьеры продадут. А он для них уже отработанный материал. Давай, может, медсестру кликнем?
Но прибежавшая снизу девчушка, перевязывавшая раньше Виктора, только покачала головой.
– Все. Помер он. Кабы раньше, может, Аглая его и выходила бы. А так...
– Присаживайтесь, – указываю на стул перед собой.
Бажанов, скептически оглядев стул, смахивает с него невидимую пылинку и с достоинством усаживается. По его внешнему виду никак не скажешь, что он из проигравшей команды. Такое впечатление, что это он сейчас собрался диктовать мне свои условия.
– Удивлены?
– Чем же? – наклоняет он голову набок.
– Тем, что для беседы я первым вызвал именно вас?
– Некоторым образом. Кстати говоря, почему? Логичнее было бы вызвать Поливанова.
– Вот что, Артак Левонович, давайте без обиняков. Хорошо?
– Согласен.
– Чем м н е может быть интересен губернатор?
– Он больше знает...
– О чем, позвольте вас спросить? Кто срежиссировал эту историю, мне и так известно.
– И кто же?
– Сценарист.
Бажанов еле заметно вздрогнул. Есть попадание!
– Вы знакомы?
– Приходилось сталкиваться раньше. Он называет себя Павлом Петровичем. А вам он как представился?
– Так же. Но это его ненастоящее имя.
– Я знаю. Мне также известна цель его прибытия сюда.
– Увы... – разводит руками мой собеседник.
