То, что нефть берут именно в Румынии, знали многие, и это добавило словам Константина должного веса и убедительности.
Он не соврал, и его парни действительно сделали немало. На штурм периметра пошли именно машины Думитреску. Оказалось, что он привез с собой не только топливо. Два грузовика были загружены металлическими листами, из которых и соорудили импровизированную броню.
Охрана складов сопротивлялась отчаянно, но… их было слишком мало, всего взвод. Никакой помощи они вызвать не успели (чего втайне опасался Олия) — в колонне пришел украденный армейский грузовик с постановщиком помех. Забив «белым шумом» все диапазоны, обитатели лагеря рванулись в атаку.
Когда уже все было закончено, на горизонте появился вертолет. Обеспокоенное длительным молчанием охраны неведомое начальство все-таки выслало винтокрылую машину на разведку.
Хватило ума подпустить грозного гостя поближе, ничем не выказывая своего недовольства. И когда вертолет заложил вираж над пологими крышами складских помещений, снизу разом ударило несколько сотен стволов. Арсенал к тому времени был уже вскрыт, и на вышки охраны успели затащить тяжелые пулеметы. Во двор повыскакивали автоматчики, с земли потянулись дымные следы выстрелов гранатометов…
Словом, далеко вертолет не улетел.
Впоследствии, когда во дворе построили ринг, невзрачный румын сам дважды на него выходил. И оказался безжалостным и умелым бойцом, показав недюжинную выучку и звериную жестокость.
Крови (своей и чужой) он не боялся и драться умел хорошо.
Вот и стояла сейчас перед Хашимом трудная проблема — как убедить румына?
Трезвомыслящий, несмотря ни на что, Думитреску ловко отбоярился от участия во всех разведывательных выходах. Машины дал, топливом помог. Но все его люди остались на местах, и никто из них не покинул казарм. Теперь, когда возникла необходимость формирования новой, более многочисленной экспедиции, Константин жестко отказал.
— Мы формируем новый конвой за топливом. Его и так сожгли слишком много, а зачем? Пешком до лагеря ходить уже невмоготу, обязательно на машинах ехать? Весь оставшийся у меня автотранспорт задействован в колонне. Исключение составляют три патрульные машины — но они также задействованы в охране лагеря и базы. Народу у меня мало — и все при деле. Могу помочь топливом. Все.
Так-то оно так…
Но, выводя из лагеря и со складов почти три сотни человек, Олия неизбежно ослаблял все прочие группировки, уже согласившиеся дать на это дело своих бойцов. Вопрос оставался только за румынами. Дай они своих людей — все были бы удовлетворены. В этом случае ни у кого не оставалось подавляющего перевеса сил. Но в случае отказа, как сейчас…
«Цыгане против румын не пойдут, их и так мало, да и с Думитреску — полное взаимопонимание.