От генерала поступил приказ, подтверждающий выполнение поставленной ранее задачи. Так что — никаких кривотолков! Мы идем на Печору! Вопросы?
Офицеры батальона молчали.
— Нет, стало быть? Хорошо! Тогда — слушать всем!
Майор еще раз обвел всех взглядом.
— Итак, майне херрен, следующее. Первое — идем тихо! Никто ведь обратного не приказывал, так ведь? Мы просто сохраняем силы для решающего боя!"
"Второе — никаких конфликтов и несанкционированных контактов с местным населением! Особенно с женской его частью… Кого поймаю — пристрелю лично и при всех!
Среди собравшихся возник легкий ропот.
— Вам что — жить надоело? Хотите, чтобы нам в спины стрелял каждый куст? Перед нами несколько сот километров пути, и я не хочу пробивать эту дорогу с боем!
— Герр майор! — встал с места худощавый офицер-артиллерист. — Гауптман Генрих Вааль! Но кто будет здесь стрелять? Армейский городок пуст!
— Местные жители. Здесь в каждой избе по винтовке или автомату. Не удивлюсь, если и пулемет где-то раскопают…
— Но… герр майор! Местному населению запрещено иметь оружие! Тем более пулеметы.
— Кем запрещено?!
— Местной… э-э-э… властью.
— Гауптман, вам известен способ резко повысить рождаемость в данных местах?
— Э-э-э… нет, герр майор… — артиллерист был явно растерян.
— Надо запретить местным мужчинам спать со своими женами. Не сомневайтесь, если приказ будет исходить от лица высокого начальства — его демонстративно проигнорируют.
— Как можно, герр майор? Ведь это же законная власть!
— Сильнее, чем любого захватчика, русские ненавидят только собственное правительство. Во всех его проявлениях. И в лице любого чиновника. Соответственно они относятся и к его указаниям. Особенно к тем, которые хоть в чем-то ущемляют их права и свободы. В истории России не раз предпринимались попытки разоружения населения. Все они провалились тогда, провалятся и сейчас. Армия на этот раз помогать властям не станет! Ведь вчерашний солдат может стать таким же гражданским лицом…
— Герр майор! — поднялся коренастый обер-лейтенант. — Обер-лейтенант Вилли Кройцер. Следует ли нам понимать ваши слова как прямой приказ, запрещающий отвечать огнем на выстрелы местного населения?
— Нет, Кройцер. Такого приказа я, разумеется, никогда не отдам. Мои солдаты мне ближе, чем любое количество местных жителей. Ибо я отвечаю за их жизнь! Но свою голову на плечах обязан иметь каждый из вас! Не провоцируйте население своим поведением. Не входите в деревни — у нас есть все, потребное для перехода в точку назначения. Что мы там потеряли? Говоря простым языком — переживем и без баб какое-то время! Все остальное — имеется.
— Понятно, герр майор.
— Садитесь, обер-лейтенант. Еще раз повторяю.