Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В углу хрипел динамик, и взъерошенный техник пытался настроить качество звука.
Покачав головой, Михалыч прошел дальше, в комнату, где когда-то располагался кабинет начальника узла связи. Здесь было потише, никто не гомонил, и народу было существенно меньше. Сбоку от стола сидел командир собровцев, записывавший что-то в блокнот. А у стены на старомодном деревянном стуле нахохлился Ноздрев, что-то выспрашивавший у Рыжова, сидящего за столом начальника узла.
— Наше вам, бояре! — поприветствовал находящихся в комнате Михалыч.
При появлении спутника Гадалки у меня с плеч словно кирпич упал. По внешнему виду Михалыча невозможно было сказать, что их группа перенесла какие-то неожиданные потрясения и прочие «радости». Значит, до места они добрались без фокусов и приключений. А стало быть, многое из того, что нужно было нам сделать, теперь пойдет гораздо быстрее.
— И тебе не хворать, старый разбойник! — откликнулся Ноздрев, сидевший рядом со мной. У него установились вполне дружеские отношения со старым спецом. Уж на какой почве сошлись два этих ворчуна, мне оставалось только гадать. Но взаимопонимание у них было совершенно искренним, и дружеские подначки с обеих сторон его только укрепляли.
— Какими судьбами к нам? — Семеныч сдвигает на лоб очки и подслеповатыми глазами всматривается в нашего гостя.
— Ну, сейчас хоть и не Новый год, однако же в роли Деда Мороза я могу выступить… — спутник Гадалки осматривает помещение, находит свободный стул и подтаскивает его к себе. — Я, так сказать, с подарками…
— Валяй! — кивком головы указываю ему на стол.
— Дык это… Не поместится он на стол!
— Что же это за хреновину ты к нам притащил? — удивляется Демьян Семенович.
— Отчего притащил? Он и сам пришел. Оттого и говорю, что неправильно было бы на стол его сажать. А стульев у нас больше нет. Да и в той комнате что-то я свободных сидений не отыскал.
— Ничего, придумаем что-нибудь, — машу я рукой. — Ящик какой-нибудь у связистов отыщем. Чай, не графья.
— Это мы не графья, — хмыкает Михалыч. — А гость наш дюже о себе мнения высокого, не на всякий и стул-то сядет."
"— Да и хрен бы с ним, с мнением его, — настроение у меня и так-то не было особенно радужным, а тут еще какие-то зазнайки в гости напрашиваются. — Не хочет на ящике сидеть — может ногами стоять, аристократичную позу при этом приняв.
Старый спец хмыкает в усы и, обернувшись к двери, делает приглашающий жест. Скрипят дверные петли, и в комнате появляются сразу два новых действующих лица. Потеряшка, меланхолично пережевывающий что-то, подталкивая в спину еще одного гостя, переступает порог.
— Павел Петрович… — я приподнимаюсь из-за стола. — Сколько лет сколько зим! А я уж совсем заждался вас! Думал, и не встретимся более никогда.
