Взрослые и дети. #Многобукв — читать онлайн бесплатно полностью

Предлагать ему стать обвинителем, выносить вердикт – значит, кормить парентификацию (навязанную роль старшего в семье), от которой он и так пострадал. И тем самым закреплять травму, создавая иллюзию изменений. Нормально злиться, кричать и плакать – это и делают обычно дети, которых обидели. Но не надо создавать у них иллюзию, что они могут «победить» родителей, осудить родителей, исправить родителей и вообще в той или иной форме одержать над ними верх. Не могут. И чем скорее и полнее это осознают и примут, тем скорее и полнее избавятся от собственной вины, ибо какой спрос с ребенка? Он маленький.

Он не выбирает. Он принимает то, что есть.

Родители – это люди, которые когда-то были нашим миром. Мирозданием, стихиями, погодой, средой, образом жизни. Стремясь их осудить и «морально наказать», мы похожи на того царя-идиота, который приказал высечь море. Нет, это нормально лет в 15, когда как раз идет мучительное, с протестом и откатами в регрессии осознание факта, что родители – не мир и не боги, а просто дядька и тетка, несовершенные, но родные и мои.

Но в 30 с гаком и позже оно не есть признак, что восстановление после детских травм идет хорошо. Надо менять концепцию реабилитации.

Почему это вредно для специалистов.

Потому что просто. Они козлы, и все. Написал экспертное заключение про это – и пошел пить чай с коллегами, перетирая про «ну, и родители нынче пошли». Очень снижает уровень. И формирует комплекс вершителя судеб, у которого весы как у Фемиды, но глаза открыты, ибо каждый – глаз-алмаз.

И всеооооооо видит.

Если верить, что власть развращает, то власти больше, чем над самыми значимыми для людей отношениями, родительско-детскими и супружескими, невозможно придумать. И не дай Бог никому в эту свою власть всерьез поверить.

Почему это вредно для общества и вообще.

Потому что оно у нас и так интоксицировано виной по самое некуда.

Понимаете, вина если и может быть конструктивна – если! – то как чувство, которое испытываю я сам. Я виноват, я раскаиваюсь, я стараюсь что-то изменить.

И даже такая вина может стать патологичной, если человек в ней застревает, если она не переходит в ответственность. Но как начало процесса изменений чувство вины (угрызения совести) может быть работающим. При условии, что у человека достаточно ресурсов, чтобы ее выдерживать, не разрушаясь и не вытесняя.

Вина же, которую кому-то пытаются навесить извне, обвиняя, ничего не дает в принципе. Ну, если мы хотим изменений к лучшему, конечно.