В Архипелаге Гваделупе буйствует прибой душевных мук и непредсказуемых решений. Здесь каждый знает, что жизнь — игра бесконечных выборов между добром и злом. "Взрослые игры" — это не просто описание чужих страхов и слез, а своего рода приглашение к внутреннему диспуту, где ты сам решаешь судьбу главного героя в этой потрясающей истории....
Похоже, «Взрослые игры (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Значит, был, - резюмировал тот, разглядывая лицо Юки. – Что он сделал тебе? Он связывал тебя, я же вижу. Юки, отвечай, что он сделал тебе? Отвечай, черт возьми!
Когда ответа и на это не последовало, Акутагава закричал на него уже в бешенстве:
- Зачем он связал тебя?! Он взял тебя силой? Отвечай!
- Проклятье! – не выдержав, зло взорвался Юки. – Да какая теперь разница, что он сделал?!
- Разница? Ты мой и только мой, вот в чем разница! Признавайся! Он изнасиловал тебя?
Юки, выслушав его, вскипел окончательно:
- Черт, не насиловал он меня! Ты хочешь знать, зачем Ив связал мне руки? Затем, чтобы я не дёргался, пока он показывал один интересный фильм.
Взгляд Акутагавы застыл. Повисла тишина. Потом он поднялся и освободил юношу от плена своего тела.
- Я знал, что рано или поздно он выкинет коленце вроде этого, – заговорил Акутагава, глядя в сторону. – Я слишком долго принуждал его обходить тебя стороной, у него накипело. И он за это поплатится. Еще как поплатится.
- Он сумасшедший, Акутагава. Как ты можешь его наказать? Ему же плевать на всё, - горько усмехнулся Юки.
- Я знаю его лучше, чем ты. Знаю, куда нужно давить. Он поплатится.
- Да, я заметил, что ты ОЧЕНЬ близко его знаешь.
Акутагава повернулся к нему, и Юки на миг показалось, что вид у него почти растерянный.
- Два месяца, - произнес он негромко. – Наша связь длится два месяца. Я не хотел, чтобы ты знал.
- Конечно, - Юки пожал плечами, - такая мелочь, чего уж там. Зачем мне знать?
- Юки! Ты не понимаешь причины. Я сплю с ним не ради удовольствия.
- Ему нужен ты, - закончил за него Юки. – Ты расплачиваешься с ним своим телом.
- Да, - прямо сказал Акутагава.
