В Архипелаге Гваделупе буйствует прибой душевных мук и непредсказуемых решений. Здесь каждый знает, что жизнь — игра бесконечных выборов между добром и злом. "Взрослые игры" — это не просто описание чужих страхов и слез, а своего рода приглашение к внутреннему диспуту, где ты сам решаешь судьбу главного героя в этой потрясающей истории....
Похоже, «Взрослые игры (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
У тебя совсем не дрожала рука, ты был спокоен и решителен, как и подобает якудза.
«О боже… Этого не может быть! Акутагава, что такое говорит о тебе твой отец?!»
Коеси Мэриэмон протянул руку и коснулся плеча Акутагавы, а оттуда вниз, к груди.
- Ты совсем не скучал по мне? – спросил мужчина.
- Мы оба занятые люди, отец. Разве здесь уместен этот вопрос?
- Мне вот дела не мешают думать о тебе, - Коеси положил ладонь на колено Акутагавы, отодвинув в сторону полы халата. Следом за этим он прижался с влажным поцелуем к изгибу шеи Акутагавы, который будто бы вовсе и не обращал внимания на действия своего отца.
Юки затрясло, когда он увидел это. Из его горла вырвался невольный возглас, и он, боясь быть обнаруженным, отпрянул. Бросившись к лестнице, он споткнулся и произвел шум. Через несколько секунд Акутагава, привлеченный звуками у лестницы, резко открыл дверь. И, естественно, увидел Юки.
- Ты? Что… - Акутагава по выражению лица юноши понял, что тот всё видел. – Юки… Юки!
Юки опрометью бросился наверх.
- Акутагава, что там такое? – в дверях показался Коеси Мэриэмон.
- Иди уже к чертям собачьим! - огрызнулся тот на отца. – Почему ты приехал? Ты все испортил!
Чертыхаясь, Акутагава, перепрыгивая через ступеньки, побежал наверх. В спальне Юки, сгорбившись, сидел в кресле, упершись локтями в колени и закрыв лицо ладонями. Когда он услышал, что вошел Акутагава, то, не поднимая лица, пробормотал:
- Что это было, Акутагава?!
Юноша ответил не сразу. Акутагава неотрывно смотрел на дрожащее тело Юки, и его лицо стало сначала напряженным, потом – смертельно усталым.
- Это была моя жизнь, Юки.
- Господи… Ты… Ты все-таки чертов якудза. И ты спишь с собственным отцом.
Акутагава побледнел и сжал зубы, когда Юки произнес это.
- Я не сплю с ним, - ответил он ровным тоном. – Я просто позволяю ему кое-что, и только.
- Зачем?
- Он хочет этого, а я…"
"- …А ты держишь его на коротком поводке, да? Как и Ива?… – перебил его Юки, и, наконец, поднял голову; его глаза были красными и вспухшими.
- Это моя жизнь, Юки, - повторил Акутагава глухо.
- Ты действительно убил человека? – резко спросил юноша.
- Юки, тебе не следовало быть там. Зачем ты спрашиваешь? Ты итак знаешь ответ – «да». Да, я убил человека. И, если ты хочешь знать, я ничуть об этом не жалею. Тот человек заслужил собачьей смерти.
