Молодой человек, погибший в современности, просыпается в июле 1941 года в теле советского взводного. Его батальон разбит, немцы наступают, а он должен найти способ выжить и сохранить своих боевых товарищей в самые страшные дни войны.
Устраивать долгую перестрелку с противником я не собирался, а потому и отдал приказ на отход. Как отходить разметил заранее, и вот сдав из вырытых капониров назад, пяток моих БА-10 так задним ходом и двинулись вглубь леса, правда недалеко, метров сто, после чего скрывшись из вида немцев, быстро развернулись и поехали по едва видной лесной дороге, лавируя среди разросшихся деревьев. Немцы видимо заранее получили приказ в таких случаях начинать преследование, так как раньше они обстреляв лес просто начинали двигаться дальше, вот около батальона с ротой танков и пошли за нами в погоню. Мы проехали около десяти километров, когда достигли места следующей засады, как раз на такой случай. Бронеавтомобили сразу заехали в подготовленные для них капониры, так что над землёй остались только их башни с орудиями. Остальные бронемашины и танки были спрятаны по флангам широкой прогалины, куда и должны были выскочить мои преследователи. Гарантии, что будет именно так разумеется не было, но нам повезло и немцы бросились в погоню за наглыми русскими, которые начали бесчинствовать в их тылах. Первыми шла рота лёгких троек, 11 машин, а за ними шли вперемешку бронетранспортёры и грузовики с солдатами. Когда танки приблизились к спешно замаскированным свежими ветками БА-10 на расстояние в 200 метров, бронемашины открыли огонь. Буквально за 2 — 3 выстрела все танки подбили, а в те, что просто остановились, а не загорелись или взорвались, добавили ещё, для гарантии. Сразу после этого бронемашины и танки перенесли свой огонь на немецкие бронетранспортёры, не трогая грузовики, но с них и так посыпались горохом немецкие солдаты. Сразу, как только мы выбили всё, что представляло опасность для нашей бронетехники, вперёд двинулись уже мои бронетранспортёры, а из отрытых окопов по немецкой пехоте ударили пулемёты. Бой шел около получаса, я не хотел нести лишних потерь и не гнал своих бойцов в атаки. Только убедившись, что противник подавлен, мы пошли вперёд подавляя плотным огнём любые очаги сопротивления. Учитывая, что мы проехали около десяти километров от дороги, то можно было не опасаться, что к немцам быстро прибудет подкрепление, если только они не успели вызвать его по рации. На всякий случай в пяти километрах остался дозор с рацией, если что они нас предупредят, но подкрепление к немцам так и не пришло.
