Мы будем быстро, ну относительно быстро двигаться, и я не могу брать с собой ни кого, кто будет меня тормозить, иначе мы все рискуем погибнуть.
— А раненые?
— С собой брать только тех, кто выдержит дорогу. Знаю, это кажется циничным и бесчеловечным, но в противном случае мы просто и тяжёлых не довезём и других можем потерять. Надеюсь немцы будут соблюдать условия договора, могу снова написать им письма, что если они нарушат эти условия, то больше ни каких договоров не будет, а я начну целенаправленно охотится именно на их госпиталя и санитарные колоны.
Пример у них перед глазами, так что думаю они не захотят его повторения.
— Хорошо, твои условия принимаются, когда выступаем?
— Завтра вечером.
— Почему завтра, ведь можно и сегодня.
— Товарищ генерал, а вы успеете до ночи подготовится, собрать транспорт, раненых, передислоцировать части, что берёте с собой?
— Ты собираешься выступать вечером?
— Разумеется, во-первых, избежим бомбёжек, а во-вторых, избавимся от лишних глаз. Нам надо уйти и пропасть, что бы немцы не знали, куда мы двинулись.
— У тебя наверное уже и маршрут есть?
— Разумеется товарищ генерал, вначале двинемся на Полтаву, а как отойдём километров на десять, так по лесным дорогам разворачиваемся на Брянск и Орёл. А немцы нас пускай у Полтавы ждут.
— Хорошо майор, надеюсь ты нас не подведёшь, завтра в 20 часов выступаем."
"Вот когда репутация начинает работать на тебя, ни каких возражений от начальства. Выйдя из штаба, отправился к себе, в принципе у меня всё готово, распорядился немедленно забрать из госпиталя своих раненых, благо, что тяжёлых было немного и они уже успели немного окрепнуть, так что надеюсь довезём их живыми.
Специально для них, еще раньше, приказал в трофейных машинах с тентом сделать двухярусные нары, это чтобы больше народу погрузить, а для облегчения веса, да и для того, что бы раненых меньше трясло, делали каркас и вместо досок натягивали кусок брезента, а на него клали матрас. Хоть какая амортизация будет, а то тяжёлые и от тряски умереть могут, а тут относительно нормально будет.
Можете считать меня циничной сволочью, что я только своих тяжёлых забираю, но всех мне не спасти, а своих я не бросаю. В качестве исключения взял четыре с половиной десятка тяжелораненых командиров в звании от майора и выше, так как для них нашлись места и это всё.
Следующим вечером колонны стали собираться у выезда из Киева и в девять часов вечера мы тронулись в путь.