Тут плохое слово нацарапано прямо на стволе.
– Они тут на каждой пальме нацарапаны. В разных вариациях, – хмыкнула Катька и не разгибаясь почапала к указанному несчастному деревцу. Я напряглась. Показалось, что услышала снаружи какой-то звук, которого по всем прикидкам быть тут сейчас не должно. Сегодня выходной день в этом пальмовом раю, мы проверяли. Сторож смотрит футбол в своей будке с таким восторгом, что даже не обратил внимания, как три чокнутых маньячихи проползли под шлагбаумом, грохоча кирками и саперными лопатками. Точнее двое грохотали. Я-то своего орудия труда лишилась в схватке с врагом.
– Нет, там написано еще, что Альфредыч ушастый, а потом плохое слово, – хихикнула Лизка, явно сама сотворившая сию шедевру.
– А раньше ты не могла нам сообщить столь значимую примету? – елейно поинтересовалась Варькина, замахиваясь совком. Синяк под ее наливающимся яростью глазом, красиво оттенил красноту.
– Тихо, девочки, – вякнула я, пытаясь предотвратить смертоубийство. – Там кто-то есть. Да слушайте, же.
– Нет там никого. Наше око Саурона слух имеет, как у овчарки. Варькина, ты же услышала бы, если бы супостаты на землю нашу ступили? Не тупи, блин.
– За око Саурона ответишь, – прорычала Катюха, выуживая лопатку из своего волшебного кармана. – Права Зинка. Так что убью тебя потом. Сначала пальму разрою. Что-то мне подсказывает, что нам надерут сегодня наши чувствительные афедроны, – оптимистично хрюкнула подруга, направляясь к кадке. Кровавый жнец не взял в жертву Ухогорлоносиху. В этот раз ей повезло. Но эта дурында не поняла своего счастья и продолжила нарываться.
Я снова услышала тихий стук, похожий на азбуку морзе, и как показалось шепот. Надо же. А вдруг это какие-нибудь бабайки. Пришли натягивать нам око Саурона на афедроны, за порчу пальм и прочего имущества. Какие-нибудь садовые тролли, мстящие за смерть их экзотических собратьев, принявших вид корявых пальм-алкоголичек.
– Вот, нашла, – заголосила Катька и начала исполнять танец аборигенов острова Ктулху. – Все таки ты Лизка падла. Не могла раньше вспомнить примету. Посмотри, сколько мы имущества уничтожили. Вот возьмут нас за задницу, паровозом пойдешь. Тут на особо крупное тянет. Плюс незаконное проникновение, мародерство и заикание у охранника. Он ведь если бы тебя увидел, дураком бы стал.
– Убью, – прорычала Лизуня, и пошла на Варькину, как диплодок, сложив перед грудью ручонки в затейливую боевую стойку. Катька хмыкнула, и я поняла, у нее есть туз в рукаве. Бойня была неизбежна.
