Автор
Подвижный котик путал дорогу, мешая мне шагать свободно. Но сегодня его ленты на упаковке торта сделали его особенно заметным — а это было совсем не теоретическим вопросом, когда речь шла о том, что внутри меня мог есть кого-то другого.
Да, он так и сказал! Как будто не я была его женой, нуждающейся в том, чтобы ей не изменяли, а какая-то совершенно другая женщина!
- Да не буду я с ней спать после родов, Снеж! Не буду. Только тебя хочу.
Снеж… Снежана Майская… Наверняка речь о ней! Какая-то мадам, которая крутилась рядом с богатыми мужчинами. Не замужем, красотка такая, что казалось, будто она сошла с обложки журнала… Он же сейчас называл кисой и заей именно ее?
Коробка с тортом выскользнула из моих рук и приземлилась прямо под ноги. Я смотрела на ее содержимое, а перед глазами все расплывалось.
- У нас мальчик будет, - хрипло проговорила я, указав на потекшую верхушку торта, под которой показались голубые коржи. - Поздравляю, Вольский…
Оставаться и дальше в этом коридоре, что показался сродни душной клетке, я не смогла.
Сев на постель, я почувствовала, что мне становится дурно. Фразы, которые говорил Вадим Снежане, обрывками слов всплывали в памяти.
«Я тебе верен».
«Я не сплю с женой полгода».
«Если ты не хочешь рожать, это будет делать Яна».
Сколько всего еще я могла бы услышать, если бы не выронила торт? Может, узнала бы о планах Вольского, которые у него имелись по отношению ко мне? Что он собирался делать дальше с нашим браком и со мной в первую очередь?
Мы были женаты чуть больше пяти лет.
«Ну что ты там ради копеек будешь ишачить? - спросил меня в один момент Вадим. - Поверь, я смогу обеспечить и тебя, и наше потомство. Так что займись тем, что и полагается делать женам. Роди мне наследника!»
Тогда мне это показалось совершенно закономерным. Дом у нас - полная чаша, я осуществляла за всем пригляд, ни единая сфера не оставалась без моей хозяйской руки, несмотря на внушительный штат персонала.
