В любом случае, она — единственная наследница…
— Зачем она Марату? Сам же говорил?
— Мало ли, что говорил… Да и не про него я…
— Ну, а что? Красивая девочка…
Они еще о чем-то разговаривали, вольготно расположившись в кабинете отца и попивая его виски, о делах, о своих планах на меня… Так легко, словно не лежал рядом с ними убитый человек. У которого были свои планы, свой мир внутри, прошлое, будущее, как он думал… Семья, жена, дочь… Сейчас он для этих тварей был не более, чем бараном, зарезанным, истекающим кровью, подготовленным к освежеванию… И они решали, как именно будут разделывать его шкуру… И кому отдавать его ягнят.
Безумие ситуации настолько меня выморозило, что дальше я уже и не помнила ничего.
Только, когда они ушли, набралась сил выползти из-под дивана, осторожно обойти тело отца, стараясь даже не смотреть в его сторону, и, не заостряя внимание больше ни на чем, побежала вниз, в сауну, искать мачеху. Почему-то мне казалось, что она жива… Заперли ее где-нибудь…
Аля в самом деле была внизу. В сауне. Лежала на полке, голая. Мертвая.
Мне одного взгляда хватило, чтоб понять это.
Подходить не стала, всхлипнула и выбежала прочь.
Если бы в доме еще оставались убийцы, то они бы неминуемо меня схватили.
Но мне повезло: никого не встретила.
На улице я, не думая больше ни о чем, в каком-то диком трансе и неутихающей дрожи, рванула прочь от дома, в соседний, заброшенный, перемахнула через забор и прижалась с обратной стороны, пытаясь выдохнуть и собраться.
И понять, что мне делать дальше.
В принципе, выбора никакого не было.
К Адельке нельзя, там меня будут искать, если я правильно поняла убийц… Значит… Значит, только туда, где никому в голову не придет меня спрашивать.
