Тонкая переплестила пространство между третий этажом и землей, в мансарде добрались до окна — а там мир был завораживающе ярким солнечным кружком. Теперь, осознав скромность своего нового жилища, я невольно восхищалась папиной логикой и мудростью.
Похоже, «За его спиной» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Слишком сильно детдомовское детство прошлось катком по ним троим…
Бродяга рыл нужные данные, все больше убеждаясь, что тут имела место обычная бабская глупость или обида.
Потому что Тамара, побывав в койке Хазара, резко уволилась и ушла в другое кафе. Непонятно, почему? Не понравилось, что ли? Можно бы выяснить… Но пока не поступало задачи, так что Бродяга просто наметил в голове список вопросов, которые требовалось выяснить, и принялся смотреть дальше.
Длинный трудовой список, нигде больше года не работала… Поставлена на учет социальным педагогом в школе, как малоимущая и неблагополучная… Сам мальчишка, судя по парочке приводов в полицию, тот еще засранец… Гены, мать их, никуда не денешься…
Ляля поставила кружку с чаем на стол, встала позади Бродяги и принялась мягко разминать ему шею.
Как всегда, стоило ей прикоснуться, сразу по телу поползли сладкие мурашки.
Бродяга со вздохом отклонился и позволил нежным ладошкам скользить по плечам, думая, что никогда не считал себя сильно чувствительным… До встречи с котенком…
— Милый… — промурлыкала Ляля, — я вот подумала… Может, уедем куда-нибудь…
— Куда? — Бродяге было так хорошо, что выныривать из этого всего не хотелось совершенно.
— Может… — она прикоснулась к его шее теплыми губками, — может… В другой город? Где нас никто не знает?
— Зачем?
— Ну… Ты же не хотел этого… Всего… Я чувствую себя виноватой… Что из-за меня… Ты же уже отдал долг…
Бродяга резко развернулся вместе с креслом, перехватил не успевшую отшатнуться Лялю за запястья, посмотрел неожиданно жестко в рыжие глаза:
— А с чего ты взяла, что я его уже отдал? И что он вообще есть?
Ляля моргнула обиженно, дрогнула губками, собираясь заплакать, и Бродяга, чувствуя себя монстром, пугающим беспомощного ребенка, тут же сменил пластинку, потянул ее к себе на колени, обнял, зная, как Ляля любит, когда он вот так вот, обволакивает ее со всех сторон, запирая в клетку своего тела.
Он по ночам так делал очень часто, потому что в последние два месяца Ляля стала просыпаться с криком из-за мучающих ее кошмаров.
Ляля тут же затихла, обняла его за шею, уткнулась подрагивающими губками в шею, засопела тихонько.
