Тонкая переплестила пространство между третий этажом и землей, в мансарде добрались до окна — а там мир был завораживающе ярким солнечным кружком. Теперь, осознав скромность своего нового жилища, я невольно восхищалась папиной логикой и мудростью.
Похоже, «За его спиной» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Согревайся… И… Не обижайся… Просто вы, девочки, обычно очень шустрые и резковатые бываете… Парнишка, может, и не виноват ни в чем, а ты уже бежать… И к незнакомому мужику бросаться о помощи просить… Я-то думал, тебя маньяк какой преследует, а тут жених…
— Он и есть маньяк, — сухо сказала я, не удержавшись все же и еще отхлебнув из кружки отвара смородины.
— Как ты резко…
— Как есть…
— Тогда тем более: зачем соглашалась?
— Соглашалась… — горько усмехнулась я, — можно подумать, меня кто-то спрашивал…
— То есть? — не понял Бродяга, уставившись на меня с таким изумлением, что я поневоле ощутила себя дурой.
— Да, — вынуждена была кивнуть я. Ну, а куда тут денешься, если правда чистейшая? — Силой…
— Это как? — еще сильнее удивился Бродяга, — ты же совершеннолетняя?
— Да.
— Школу закончила?
— Да.
— Аттестат, там… Паспорт…
— Конечно…
— Слушай, вопрос-то все объемней становится… Ты меня прямо заинтриговала.
Я отпила еще чая, выдохнула, пытаясь выстроить в голове фразы таким образом, чтоб было понятнее, не смогла и мысленно махнула на это дело. Все равно уже полноценной дурой выгляжу, так чего строить из себя? Или пытаться?
— Я из Демьяново, — начала я рассказывать, — папа магазин держит прямо в деревне… Сам понимаешь, деньги всегда были…
Бродяга кивнул, подтверждая, что понимает. Магазин в деревне — это неплохой бизнес. А в Демьяново народу много живет.
— Ну вот, два года назад умерла мама, отец женился снова…
— С мачехой не поладила? — понимающе перебил Бродяга, но я отмахнулась сердито, не желая терять нить повествования.
— Нет. Она нормальная. Старше меня на два года, только восемнадцать исполнилось, и вышла за отца.
— Погоди… А ему сколько? — нахмурился Бродяга.
— Сорок почти.
— Они встречались, что ли?
— Да прям. Отец приметил ее, еще когда в школу за мной приезжал, в город, и, когда восемнадцать исполнилось, пришел к ее родителям.
— А она?
— А что она? Отец — не бедный, хороший…
— Бред какой… — пробормотал Бродяга едва слышно, но затем кивнул, — продолжай.
— Я училась в городе, здесь, в школе неподалеку… С Аделькой в одном классе. С Рахимовой, — уточнила на всякий случай, и Бродяга опять кивнул, — собиралась поступать, ехать в Москву… Хотела… А отец с полгода назад начал про свадьбу заговаривать. Типа, тебе скоро восемнадцать, пора.
