Кинжал эльфа вонзился в горло рыцарю, тот, жутко выпучив глаза, захрипел… Осел на землю, заваливаясь набок… И в ту же минуту на башне завопил латник — от леса и придорожных кустов бегом приближались десятки эльфов… Несколько латников и солдат покойного сэра Грока бросились было к воротам, но мнимые латники, доставившие мнимого пленника, выхватив мечи, заступили им дорогу… Спустя десять минут все было кончено — замок оказался в руках эльфов…
— Ну вот и все, — объявил принцу Филлиноэртли, вытирая с кинжала кровь убитого им рыцаря. Я взял замок. Теперь ты можешь передать отцу, что я выполнил условие и удаляюсь с Ллиа Найанной в Креллионт. Извини, Аллок, но у меня нет ни малейшего желания видеться с королем еще раз.
— Это ты извини меня, Филлиноэртли, — ухмыльнулся в ответ тот, — но ты пока никуда не отправляешься… А с отцом тебе придется все же поговорить — и довольно скоро. Я думаю, что часа через два он будет здесь. Мы начинаем большую войну против людей и этот замок станет нашим плацдармом на южном берегу…
— А как же слово короля? — Хмуро поинтересовался Филлиноэртли.
Эльфы, услышавшие этот разговор, приблизились, окружив обоих предводителей плотным кольцом.
— Да какое слово! — Аллок хлопнул собеседника по плечу. — Я же говорю тебе — начинаем большую войну! Ты будешь рад остаться!
Филлиноэртли рывком сбросил со своего плеча руку принца. Лицо князя в эту минуту выражало все, что угодно — но только не радость…
Молодые рыцари Гонзора считали походы в Ничейные поля чем-то вроде любимой забавы. Для них эти вылазки в вотчину орков еще не утратили прелести новизны, не стали, как, к примеру, для альдийских дворян — просто излюбленным, но привычным времяпрепровождением. Правда, орков им почти никогда не удавалось отыскать, тогда как отряды нелюдей нет-нет — да и нарушали границы герцогства, но ведь в таком деле неудачный результат зачастую меркнет перед увлекательностью самого процесса… Словом, когда юный сэр Ирвель, младший зять сэра Менгрона из Маултона (до недавнего времени именовавший себя «Ирвель ок-Загаль») повстречал в серой степи нескольких орков — уже само это было удивительно. Вот так просто взял и повстречал… Еще большее удивление вызывало поведение нелюдей. Они спокойно стояли и поджидали полудюжину всадников, держа на виду… Гунгиллины ветви. Никаких благородных обычаев и правил чести не существует, когда имеешь дело с мерзкими выродками — и пылкий рыцарь немедленно атаковал бы орков, но их необычное поведение пробудило любопытство юноши. Подъехав шагом к группе странных орков, рыцарь заявил:
— Эй вы, сложите оружие. Вы — мои пленники.
— Как бы не так, рыцарь. Мы послы, — ответил старший орк, выразительно помахивая пучком густых веток.