Того самого похода за Великую, о котором эльфы охотно провозглашали тосты на пирах — и в который с каждым годом все меньше верили… Оказывается, рати были созваны, вооружены и подготовлены к переправе — а он, Филлиноэртли ничего не знал! Он, первым ступивший этой ночью на южный берег Великой! Не знал только он один… Но обиды — обидами, а приветствовать короля следовало надлежащим образом. Филлиноэртли сплюнул (привычка, приобретенная за время общения с людьми) и пошел к лестнице вниз.
Трелльвелина он встретил в воротах Аривненского замка. За его спиной толпились участники набега. Аллок Ллиннот и другие — они радостно галдели в ожидании похвального слова, которое король сейчас скажет победителям. Для них все было правильно и здорово, но Филлиноэртли хмурился, ощущая душевный дискомфорт. Когда Трелльвелин приблизился к нему, князь хотел сдержанно поклониться, но король опередил его, обняв и по-отечески прижав к груди… Затем, отстранив вытянутыми руками, значительным тоном произнес:
— Великолепный набег, сын мой! Ты одержал победу и не потерял ни одного из своих воинов! Отличное начало для великой битвы с захватчиками!
Не отвечая на торжественные похвалы, Филлиноэртли отступил на полшага, освобождаясь от лежащих на плечах ладоней короля и хмуро буркнул:
— Условие выполнено, ваше величество. Теперь с вашего позволения я с Ллиа отправляюсь в Креллионт.
— Погоди, сын мой, — лицо короля тоже стало серьезным, — идем-ка поговорим.
Они прошли сквозь толпу так ничего не понявших и весело гомонящих эльфов и уединились в одной из комнат захваченного замка.
Филька скривил губы:
— Всегда можно найти повод не выполнять собственные обещания, если ты король…
— Не дерзи, — буркнул Трелльвелин, — пусть я взял на себя грех невыполненного обещания. Пусть. Но я делаю это ради народа эльфов, ради победы моего королевства — и победы в отнюдь не равном бою. Кто поведет эльфов на битву? Кто знает столько же, сколько ты, о войнах и о людях?.. Не стану скрывать — Трелльвелин усталым жестом потер лоб, — я ставил на Орвоеллена… Он был известным воином… Но вернулся ты. И ты не можешь покинуть меня сейчас, накануне великой войны за возвращение нашей родины. Постой!.. Ты не знаешь всего.
— Конечно, ведь от меня все скрывают здесь…
— Да, пришлось. Но послушай — в империи людей сейчас междоусобица, их королевства бьются между собой, гномы двинулись в поход на Малые горы… Если мы не выступим сейчас, то нам уже никогда не удастся вернуть утраченные земли… Да, кстати, а почему ты не позволил Аллоку изгнать людей из поселения?
— Они должны остаться там, где живут. Это же сервы, а драться следует только с их господами. Тем более, что крестьяне уже приходили ко мне и просили не трогать их.