Ну и когда он выходил из кабака… А напился он в «Серебрянном клинке» — так вот на выходе твой чертенок его атаковал, сбил с ног…
— В самом деле? — усомнился Ингви, — мой малышок сбил с ног такого здоровенного солдата…
— Он каким-то образом умудрился расшатать железяку на вывеске «Серебрянного клинка» и когда наш Бибнон выходил — спихнул ему прямо на голову… Ну, Бибнон упал, а твой зверек налакался крови из разбитой головы…
— Я еще и руку порезал! — вставил толстяк.
— Так мало того, что напился крови, — продолжил старый маг, так еще и флягу какую-то наполнил… Еле уволок ее, верно, Бибнон?
— Да-а… А я от потери крови совсем обессилел, даже на помощь не мог позвать…
— Надо же было так нажраться, — ответил Ингви, — чтобы красные черти стали мерещиться, чтобы вывески на голову себе сбрасывать… Это же просто анекдот — маг Бибнон нажрался так, что ему привиделись черти с фляжками… А Гангмар с ведром вина не появлялся? Или сам император Элевзиль с двумя бочонками пива?..
Толстяк Бибнон возмущенно затряс щеками, но тут до него начала доходить вся двусмысленность его обвинений. Он так и не собрался что-либо сказать.
— Я не собираюсь отвечать за выходки всяких пьянчуг, мастер Ролох, — твердо заключил Ингви, — а что с «девой» мастера Табо? Если она пропала после того, как здесь побывал мой Кендаг — я готов заплатить почтенной Табо за ущерб. Тут я верю, если «демон» хоть немного похож на меня — он вполне мог выкрасть подружку…
— Да нет, Табо не в обиде, — пробормотал Ролох, — она смеется, что, мол, «чертенок — молодец»… А «дева» все равно уже побеждена и Табо собиралась изготовить что-то новенькое… Так что… Но вот мастер Бибнон…
Тут Ингви положил руку на стол — между пальцев у него была зажата большая серебряная гонзорская монета. Ингви запустил ее крутиться волчком по столу. Все три чародея, словно завороженные, следили за ее вращением… Наконец монета с грохотом улеглась на стол.
— Я готов, — заявил Ингви, — предложить эту монетку мастеру Бибнону. В качестве сочувствия его горю. Мастер, можешь напиться на этот серебряный кругляшок — а можешь его к шишке прикладывать.
— И все? — буркнул толстый маг.
— И еще я обещаю никому не рассказывать, какой ты пьяница. Что напиваешься до красных чертей.
Бибнон что-то обиженно забубнил, но монету взял и, тяжело поднявшись из-за стола, удалился…
— Мастер Ролох, — спросил Ингви, — а больше мой «демон» не объявлялся?
— Никто, пожалуй, его не видел…
— Понятно.