Под стеной скучали солдаты нескольких отрядов, возвратившихся в Ренприст уже после того как его покинули эмиссары Адорика, а на втором этаже — на «балконе капитанов» кипел между тем жаркий спор.
— Я не желаю даже слышать об этом, — глухо бубнил из-под маски капитан Борода, — я вполне счастлив своим положением и не желаю менять его на рискованные блага Империи…
— Но сэр, — визгливо ныл его собеседник, карлик Коклос Полгнома, — ради молодого принца, ради нашей старой дружбы…
— А вот ради старой дружбы, — гнул свое капитан, — я прошу тебя никому не открывать того, что ты меня узнал.
— Но почему же, сэр? Почему? Старых грехов никто не вспомнит… Тьфу, что я говорю, никаких грехов-то ведь и не было! Нет на вас, сэр, никакой вины, а с другой стороны, наш Алекиан теперь — самовластный герцог! Он сам распоряжается у себя в Гонзоре, да и в Валлахале его влияние возросло, с Алекианом ныне считаются. В случае чего он всегда ведь может заступиться…
— Да пусть даже так — к чему мне все это?! Я и здесь неплохо устроился, здесь меня знают и уважают.
— Но титул, дворянский титул! И потом — почет имперского чина, что со всем этим?
— Здесь меня уважают не за чины и титулы…
— Да Гилфинг с вами, сэр капитан! Разве кто-то сомневался, что ваши титулы и звания доблестно заслужены вами на полях брани?
— Тише, тише… — капитан оглянулся вокруг, — поменьше шума о титулах… Не забывай, здесь я — капитан Борода. Это имя в Ренпристе значит не меньше, чем баронский или графский титул. И я горжусь им. Мои парни тоже гордятся тем, что служат в отряде Бороды… Кстати, как же я оставлю их?
— Да не оставляйте, — замахал крошечными ладошками карлик, — заберем всех в Гонзор, возьмем на службу. Люди там всегда нужны, особенно такие бравые солдаты! Сэр, я вижу вы уже склоняетесь к тому, чтобы принять мое предложение — так делайте последний шаг!
Капитан пожевал губами, верхний край маски шевельнулся — сэр Брудо морщил брови в глубокой задумчивости. Высказанные Коклосом предложения были так заманчивы, что он не мог отыскать доводов против, тогда как осторожность, ставшая его второй натурой твердила, что принимать предложение карлика все же не стоит.
— Постой-ка, а мой тролль? Я не хочу бросать Дрыма, а в Гонзоре он не может появиться, не нарушив закона.
— Мы выхлопочем ему разрешение на службу Гонзорскому герцогу — как раз это самое простое. Ну, так что же, вы согласны, сэр?
Наемник задумался, потом качнул головой:
— Нет, клянусь Гангмаровыми когтями, не согласен! Сегодня я кому-то понадобился — там, в Гонзоре… А завтра надобность эта отпадет — и меня бросят на съедение маршалу Каногору! Нет, не согласен.