Автор
В ночной тишине гремела песня Анны Асти, словами которой я ощущала каждую каплю моей отчаянной любви к Мише. Пятнадцать дней - всего деньце времени в памяти, а он уже вернулся не тем человеком. Страх и безысходность кипели внутри меня, словно раскаленный уголь, жжущий кожу....
В первую очередь чтобы окончательно убедиться, что у меня ничего не сломано.
Вокруг царила суматоха. От вида искорёженных машин и перебинтованных людей стало дурно. Я отвернулась и потихоньку направилась к парапету. За мной наблюдала какая-то девушка. Кажется она была из поцарапанного минивена.
Вцепившись в железную преграду, я увидела, что незнакомка приближается."
"— Вы в порядке? — смущенно спросила она.
— Да… вроде. Только голова кружится.
Девушка понятливо кивнула и опустила глаза на бутылку в своей руке.
— У меня вода есть, попьешь?
Я благодарно приняла ее и жадно прижалась губами к горлышку.
— Полина!.. — внезапно донеслось откуда-то.
Оторвавшись от бутылки, я невольно огляделась. Показалось, что кто-то громко крикнул мое имя. Но никого знакомого поблизости я не видела.
— К тебе еще не подходили фельдшеры? — спросила добрая незнакомка. — Давай я позову…
— Полина! — вновь взревел кто-то.
Наконец я поняла, откуда доносится голос и повернула голову в правильном направлении.
6
Сердце рухнуло в пятки. Я никогда не видела его таким напуганным. Оказавшись рядом, муж чуть не сбил меня — буквально на ходу схватил в охапку и прижал к себе так, что стало больно.
— Блядь, маленькая моя… — горько проговорил он, путаясь пальцами в моих волосах. Его руки дрожали. Взяв ладонями мое лицо, Миша принялся жадно осматривать его. — Черт, у тебя кровь!.
Он впился взглядом в мой пострадавший Форд, будто без суда повесил на него все грехи.
— Что у тебя болит⁈ — требовательнее спросил муж.
— Я не знаю… Не могу сказать точно, но думаю все в порядке!.. — лихорадочно выдала я, пытаясь его успокоить. — Я была пристегнута, а кровь… это из-за дурацкой подушки. А… где Алёнка?..
— С моим отцом, не волнуйся.
Вытолкнув воздух из легких, Миша вновь притянул меня в объятия и прижался губами к макушке.
— Я когда увидел, что здесь творится, такая жуть в голове пролетела… Ты себе не представляешь.
Последние слова он почти прошептал. А я прикрыла глаза, очень ясно представив, что муж мог подумать. Будто прямо через себя его страх пропустила.
— Прости меня… — прошептала я надрывисто. — Прости, Миш.
Он резко отстранился и мотнул головой.
— Нет. Это я должен просить у тебя прощения! — непреклонно выдал он, сжимая зубы.
