Согнувшись, добрались они по туннелю до развилки, где свернули вниз, к первой пещере. Луч фонаря скользил по неровным каменным стенам, отбрасывая искаженные, колеблющиеся тени. Где-то далеко впереди внизу замерцал призывный свет.
— Я уже спускалась нынче туда, — пояснила она шепотом в ответ на его удивленный взгляд, — чтобы все приготовить. Это производит куда больше впечатления, если ты видишь все разом. — Спустя пару минут стены туннеля расступились, открыв взгляду величественный подземный чертог высотой почти в тридцать футов. Мёрддин ахнул.
Со сводов свисали тысячами заостренных, блестящих и переливающихся драконовых зубов сталактиты, а навстречу им торчали словно отражения острия сталагмитов. Скалы переливались всеми оттенками золотого и красного и блестели от непрерывно сочившейся из мельчайших расщелин воды. Глубокие до черноты водоемы в полу окружались словно наледью гроздьями белых кристаллов. Пол и воздух в пещере дрожали от шума подземных потоков, струившихся в глубине пещеры, в дальнем ее углу, где низвергался из-под самого свода и проваливался куда-то вниз, в самые недры холма, водопад. По стенам на расстоянии нескольких футов горели факелы, вставленные в чугунные петли, которые вбил в камни давным-давно кто-то из предков Ковианны.
— А здесь проход в более глубокие пещеры, — благоговейным, едва слышным шепотом произнесла Ковианна. Говорить здесь громче представлялось ей святотатством. — Пошли покажу.
Она пересекла пещеру в направлении темного проема, где пещера круто спускалась вниз. Мёрддин вгляделся в непроглядную темень, из которой доносился шум падающей в бездонную глубину воды.
— А что, эту пещеру никогда не затапливало?
— До этого уровня — никогда. Во всяком случае, на памяти моего рода такого не случалось. Но, конечно, все, что нам известно об этих пещерах, хранится единственно в памяти моей семьи, так что многое могло быть утеряно. Нижние ярусы пещеры, конечно, заливает по весне, но большая часть этих, верхних, остаются относительно сухими.
— И монахи даже не догадываются об этом? — Он потрясенно обвел эту сияющую красоту взглядом."
"— Ни капельки, — хихикнула она. — Мы позаботились о том, чтобы пещера, которую аббатство использует как холодный погреб, была закрыта с самого начала строительства. То есть мои предки позаботились, — поправилась она и снова хихикнула.
— И единственный вход сюда ведет из часовни?
— Нет, есть еще один ход под стенами лабиринта, который открывается у подножия холма.
— В одну из кузниц? — предположил он. — Это ведь единственное место, где вход можно спрятать от детских глаз.
О да, он был слишком умен, этот Эмрис Мёрддин.