Вор в законе Варяг вынужден пойти на сделку с бывшим чекистом и работать тайным агентом, выбирая между службой во власти и сроком в тюрьме. Ему предстоит балансировать между двумя мирами — криминальным и госструктурами, рискуя потерять все.
Хмырь и Сявка старались держаться бодро. Они сели за стол между Угрюмым и пехотинцами, не отказались от предложенного пива, улыбались, пытались шутить и делали все, чтобы показать, будто им так же весело, как и всем остальным.
– А я вам приготовил подарочек за отменную стрельбу, – неожиданно объявил Колян, посмотрев поочередно на Хмыря и на Сявку. Он достал из нагрудного кармана два небольших конверта и небрежно бросил их на стол. – Забирайте, они ваши!
– Что там, Колян? – с робкой улыбкой поинтересовался Степан-Сявка.
Он совершал над собой насилие, поддерживая предложенную игру, но чувствовал, что душевные силы у него на исходе и если похабное веселье продлится еще минут десять, то он непременно опустит кружку с пивом на голову одного из весельчаков.
– А ты открой и посмотри… Говорю же тебе, сюрприз!
Сявка взял конверт, посмотрел его на свет, но плотная бумага оберегала тайну. Под пристальными взглядами сидевших за столом он оторвал край конверта и сунул два пальца внутрь. В руке у него оказался длинный шелковый шнур.
От громкого хохота едва не погас свет. Растянул губы в улыбке даже Угрюмый. На лице Хмыря тоже появилось нечто напоминающее улыбку. Колян терпеливо пережидал взрыв веселья. Когда узколобая пехота вытерла проступившие от смеха слезы, он обратился к Хмырю:
– Теперь твоя очередь.
Хмырь быстро распечатал конверт и вытряхнул из него пулю.
– Это и есть мой подарочек, – иезуитски улыбнулся Колян. – Знаете, что это такое? Ваша судьба. Я, конечно, не китайский император, но именно так он поступал со своими провинившимися вельможами. Отправит шелковый шнур и знает, что на следующий день адресат непременно на нем повесится. Тебе же, Хмырь, досталась пуля, не обессудь…
Сказанное можно было бы принять за шутку, если бы не жесткий взгляд бригадира. С таким выражением лица судья зачитывает приговор смертнику.
– За что, Колян? – искренне удивился Сявка.
Николай горестно вздохнул:
– Приказы надо исполнять в точности, Степа. Если я сказал, что нужно стрелять в голову, так будь добp, исполняй! Не надо меня подводить. А так и для тебя большая неприятность вышла, и меня расстроил.
– Мы же стреляли…
– Верно, – охотно согласился Колян. – Четыре трупа за вами. Только не в того вы стреляли, ребятки… Баловством занимались, а застрелить нужно было Аркашку! Теперь достать его нам будет куда труднее."
"– Колян, мы сделали все возможное… – попытался вступить в разговор Хмырь.
