Внутри закрытого мира дисциплинарной службы ждал разрыв. Начальник группы захвата — широкоплечий капитан с мрачным взглядом, выглядел будто привел к власти вечность. Когда вор Варяг повернулся, его встретил холодный тон: "Не делай резких жестов. Мои парни готовы на все. А говоря искренне, я не имел приказа доставить вас сюда."...
– Майор сел на край стола, и теперь Николай мог рассмотреть каждую пору на его лице. – Ты меня понял?
– Да."
"– Вот и отлично. А теперь поконкретнее. Ты должен следить за одним деятелем из партии «Новая Россия». Зовут его Павел Несторович Гордеев. За такими типами, как он, большое будущее, и оно нас очень беспокоит. Нам не хотелось бы очередного фюрера. Ты должен не только проникнуть в его партию, но по возможности подойти к нему самому как можно ближе. Для начала советую побывать на митинге, где будет выступать Гордеев.
Николай недоверчиво посмотрел на майора.
– Что, можно прямо так и уходить?
– Вот твое обязательство. – Майор красноречиво постучал по папке, где лежала бумага с подписью. – Теперь ты от нас никуда не денешься.
Глава 8. СЕКСОТ
– Хорек, это ты? Я тебя жду у подъезда, ты мне нужен!
На противоположном конце провода раздалось радостное восклицание, сменившееся щенячьим повизгиванием:
– Колян, ушам своим не верю! Неужели это ты?! А то, знаешь ли, разное говорили: будто бы ты кого-то замочил и сейчас сидишь в изоляторе…
– В школе тоже имеются умные люди.
– Расскажешь. Жди, я мигом!
Сумерки опустились на двор, размыв очертания зданий и силуэты двух парней, сидевших в глубине двора на скамейке.
– Селезня с Ухтомского помнишь? – спросил один из них – тот, что был покрупнее.
– Ну?
– Из-за него, козла, я чуть срок не заработал. Распустил Селезень язык, за базаром перестал следить, вот мне и пришлось врезать ему по горлу. Да перестарался я малость, так что крякнул наш Селезень.
– Круто, – уважительно протянул Хорек, невысокий парень с длинной цыплячьей шеей. – Драться ты умеешь. Только как ты все-таки выбрался? Может, ноги сделал?
– Ты что, мне не веришь? – тон круглолицего сделался почти угрожающим. – Стал бы я тогда тебе названивать.
