Ну, может, я тебе мало денег даю, тебе не хватает на какие-то покупки, а попросить ты стесняешься. Я бы это понял. А так – зачем? Чего тебе не хватает? Неприятностей? Скандалов тебе хочется? Ну, объясни же мне, зачем ты это сделала.
Катя подняла на него глаза и молча уставилась куда-то в середину переносицы. От этого взгляда Шоринову стало неуютно.
– Молчишь?
– Молчу.
– Сказать нечего?
– Нечего, – подтвердила она как ни в чем не бывало. – Ты все говоришь правильно.
– Значит, ночевал?
– Ночевал.
– И денег не дал?
– Нет, не дал.
– Странно. – Он демонстративно пожал мощными плечами. – Он же знает, что ты шлюха, проститутка, содержанка. Таким, как ты, полагается платить. Он что же, правил не знает?
– Знает. – Она улыбнулась. – Но он любит их нарушать.
– А ты? Ты сама знаешь правила?
– Знаю. Раз ты меня содержишь, я не должна иметь дела с другими мужчинами. Правильно?
– Правильно, – буркнул он.
Скандал не вытанцовывался. Интересно, почему она его совсем не боится? Ведь за такие фокусы в одну секунду можно лишиться всего – квартиры, ежемесячных выплат на помощь семье. Михаил Владимирович начал злиться. Что она о себе воображает, мелкая потаскушка?
– Значит, так, – начал он. – Реши, пожалуйста, раз и навсегда, кто твой хозяин. Если я – будь любезна извиниться, и впредь чтобы ноги его здесь не было. Встречаться с ним не будешь. Если он – завтра же выметайся из квартиры к чертовой матери, возвращайся в свой многодетный бардак и крутись там как хочешь.
Не хочет оправдываться и врать, мстительно подумал Шоринов, пусть извиняется. Вот тут-то он ей покажет, что такое хозяин и его собака. Он ее заставит на коленях ползать, ботинки его целовать. Такое унижение ей устроит – век не забудет и повторения не захочет.
– Ладно, – неожиданно ответила Катя. – Я подумаю, решу и скажу тебе. А пока я думаю и решаю, я могу пожить здесь?
Она улыбнулась весело и снисходительно, как улыбаются детям, когда они пытаются заставить взрослых вести себя по ребячьим правилам. Этого Шоринов вынести уже не мог и взорвался.
– Сука! – заорал он. – Дешевая сука! Ты что себе позволяешь? Берешь у меня деньги, а сама под моим носом мужиков водишь? В этом твоя благодарность?
– Ну что ты распсиховался, Дусик? – невозмутимо ответила она. – Коля мне нравится, я нравлюсь ему, он хочет на мне жениться. Между прочим, он сделал мне предложение.
– И что? – внезапно осипшим голосом спросил Шоринов. – Ты его приняла?
– Я обещала подумать. Дусик, милый, это же все к лучшему. Он женится на мне, я перееду к нему, освобожу тебе квартиру. И тебе уже не нужно будет каждый месяц давать мне деньги. Как говорится, леди с фаэтону – пони легче.